Если это розыгрыш…
— Никакого розыгрыша.
Я совершенно серьезно.
— Откуда, по-твоему, я достану таких специалистов? — разозлился он.
— Из шляпы, что ли, вытащу, как фокусник?
— Это твоя забота.
Для начала я бы предложил заглянуть в местную школу глухонемых.
Он промолчал.
— Слушай, пойми ты, наконец, это не розыгрыш, а самое настоящее деловое поручение.
Мне без разницы, что ты будешь делать, куда пoйдешь, сколько заплатишь. Я хочу одного: чтобы к нашему приезду эти специалисты были в Голливуде или хотя бы находились в пути.
— Когда вас ждать?
Я ответил, что точно не знаю.
— Вероятно, через день-другой.
Надо завершить кое-какие дела.
Джонсон замысловато выругался, сетуя на несправедливость судьбы.
— Советую придумать убедительные доводы, когда появишься… Я повесил трубку.
Майк ждал меня в студии.
— Переговорил с Джонсоном?
Я пересказал ему разговор, и он рассмеялся:
— А ведь действительно звучит дико.
Но если такие специалисты существуют и любят деньги, то он их раздобудет.
В изобретательности и предприимчивости равных Джонсону не было и нет.
— Я рад, что все идет к концу. — Я швырнул шляпу в угол.
— Ты-то со своими делами управился?
— Все уладил и готов двинуться в путь.
Пленки и документы отосланы, агентство по недвижимости готово арендовать у нас дом. С секретаршами полностью рассчитался и выдал премиальные.
Я достал из бара бутылку пива.
Майк уже держал свою в руках.
— Как поступим с конторской перепиской и досье?
И что будем делать с этим вот баром?
— Переписка и досье передаются в банк на хранение.
Бар?
О нем я не подумал.
Пиво было холодное.
— Пусть его упакуют и перешлют Джонсону.
Мы оба заулыбались.
— Джонсону так Джонсону.
Ему пригодится.
Я кивнул на «радиолу»:
— А что с ней?
— Полетит с нами на самолете как срочный груз.
— Он пристально посмотрел на меня.
— Что с тобой: нервишки шалят?
— Нет.
Поджилки трясутся.
Один черт.
— У меня тоже.
Наши чемоданы я отправил сегодня утром.
— Что, ни одной чистой рубашки не осталось?
— Ни одной.