Фрэнсис Скотт Фицджеральд Во весь экран Ночь нежна (1934)

Приостановить аудио

— А почему?

Мне кажется, вы там могли бы работать не хуже, чем в любом другом месте.

Он откинулся назад и внимательно на нее посмотрел.

Если ей и приходила когда-нибудь в голову скверная правда о причине заболевания Николь, она решительно отмела эту правду, затолкала ее подальше в пыльный чулан, точно купленную по ошибке картину не ставшего знаменитым художника.

Разговор был продолжен в «Ульпии», заставленном винными бочками погребке, под звон и стон гитары, на которой молодой музыкант мастерски исполнял «Suona fanfara mia». Коллис Клэй тоже был там и подсел к их столику.

— Может быть, я неподходящий муж для Николь, — сказал Дик.

— Но она все равно вышла бы за кого-нибудь вроде меня, за человека, в котором рассчитывала найти опору.

— Вы считаете, что с другим мужем она была бы счастливее? — вслух подумала Бэби.

— Что ж, можно попробовать.

Только когда Дик закачался от смеха, она поняла всю нелепость своего замечания.

— Поймите меня правильно, — поспешила она сказать, — Вы не должны думать, что мы не благодарны вам за все, что вы сделали.

И мы знаем, вам часто приходилось нелегко…

— Ради бога, Бэби! — воскликнул Дик.

— Если б я не любил Николь, другое дело.

— Но ведь вы ее любите? — с беспокойством спросила она.

Коллис явно собирался вступить в разговор, и Дик решил переменить тему.

— Поговорим о чем-нибудь другом, — сказал он. — О вас, например.

Почему вы не выходите замуж?

Мы слышали, будто вы помолвлены с лордом Пэли, двоюродным братом…

— Ах, нет.

— В ней вдруг появились робость и уклончивость.

— Это было в прошлом году.

— Но почему все-таки вы не выходите замуж? — не отставал Дик.

— Сама не знаю.

Один человек, которого я любила, погиб на войне. Другой от меня отказался.

— Расскажите подробнее, Бэби.

Я слишком мало знаю о вас — о ваших взглядах, вашей личной жизни.

Вы никогда мне об этом не рассказываете. Мы беседуем только о Николь.

— Они были англичане, и тот и другой.

По-моему, нет на свете более безупречных людей, чем настоящие англичане.

Я, по крайней мере, не встречала.

Так вот, этот человек, — впрочем, это длинная история.

Длинные истории скучно слушать, правда?

— И как еще! — сказал Коллис.

— Отчего же, — по-моему, все зависит от рассказчика.

— Это уж ваша специальность.

Вы умеете поддерживать общее веселье одной фразой или даже одним словом, вставленным время от времени.

Тут нужен особый талант.

— Нет, просто сноровка, — улыбнулся Дик.

В третий раз за вечер он не соглашался с ее мнением.

— Да, я придаю большое значение форме. Люблю, чтобы все было как следует и с размахом.

Вы человек другого склада, но вы должны признать, что это говорит о моей основательности.

Тут Дик даже поленился возражать.

— Да, я знаю, есть люди, которые говорят: Бэби Уоррен скачет по всей Европе, гоняется за новинками и упускает главное, что есть в жизни. А я считаю наоборот — я из тех немногих, кто как раз главного не упускает.

Я встречалась с самыми интересными людьми своего времени.

— Гитарист опять заиграл, и тренькающие переборы гитары глушили разговор, но Бэби повысила голос:

— Я редко совершаю большие ошибки…

— Только очень большие, Бэби.

Она уловила в его взгляде насмешку и решила, что продолжать не стоит.

Видимо, они просто в силу своей природы не могут ни в чем сойтись.