Поторапливайтесь, мисс Морланд, остальным там уже невмоготу.
Прямо рвутся в дорогу.
— Что это значит?
Куда вы собрались?
— Собрались?!
Ничего себе. Да вы что, забыли наш уговор?
Разве у нас не было решено насчет прогулки?
Что же у вас за голова?
Держим курс на Клавертон-Даун!
— Что-то об этом, кажется, было сказано, — ответила Кэтрин, бросив умоляющий взгляд на миссис Аллен. — Но, говоря по правде, я вас не ждала! .
— Не ждали?
Вот это мило!
А чем бы вы тут занимались, если бы я не приехал?
Молчаливый призыв Кэтрин о помощи не нашел со стороны миссис Аллен никакой поддержки, ибо последняя, не умея что-нибудь выражать собственным взглядом, даже не подозревала о возможности подобного способа передачи мыслей кем-то другим. И поскольку желание Кэтрин снова встретиться с мисс Тилни допускало ради этой прогулки небольшую отсрочку, а катанье с мистером Торпом, при условии, что Изабелла ехала с Джеймсом, не казалось предосудительным, ей оставалось только просто спросить:
— Как вы думаете, миссис Аллен, вы бы могли обойтись без меня час или два?
Можно мне поехать?
— Поступайте, как вам больше хочется, моя дорогая, — сказала миссис Аллен вполне равнодушно.
Кэтрин последовала этому совету и пошла! одеваться.
Она вернулась очень скоро, едва позволив оставшимся обменяться одобрительными замечаниями по ее адресу, после того как Торп добился от миссис Аллен признания достоинств своего кабриолета. И, попрощавшись с этой дамой, молодые люди поспешили на улицу.
— Любовь моя, — воскликнула Изабелла, к которой по долгу дружбы Кэтрин должна была подбежать прежде, чем сесть в свой экипаж, — вы собирались не меньше трех часов!
Я даже встревожилась — уж не заболели ли вы?
Какой чудесный был вчера бал!
Мне нужно вам сказать тысячу вещей. Скорее, скорее садитесь. Сил нет, как хочется ехать.
Кэтрин послушалась и пошла к другому экипажу, но не настолько быстро, чтобы не услышать слов, сказанных Изабеллой Джеймсу:
— Какая же она прелесть!
Я ее просто обожаю!
— Вы только, мисс Морланд, не пугайтесь, — сказал Торп, подсаживая ее в кабриолет, — если лошадь, прежде чем тронуться с места, немного побалуется.
Она может разок-другой рвануть, потом постоит минуту, а уж затем почует хозяйскую руку.
Что поделаешь — озорная лошадка, любит подурить, хотя и без злобы.
Кэтрин эта характеристика не показалась слишком обнадеживающей. Но отступать было поздно — для того, чтобы признаться в собственной робости, она была еще слишком юной. Поэтому, доверясь судьбе и понадеявшись на хваленую преданность животного своему хозяину, она покорно села в экипаж, глядя, как Торп устраивается с ней рядом.
Когда все было наконец готово, слуге, стоявшему подле лошадиной головы, было громогласно приказано: «Отпускай!», после чего они тишайшим образом без малейшего рывка, толчка или чего-либо подобного тронулись в путь.
Обрадованная этим счастливым обстоятельством Кэтрин с веселым изумлением выразила свое удовольствие. И ее спутник тут же растолковал ей, что все попросту объясняется особым его умением придерживать вожжи и необыкновенными ловкостью и чутьем, с которыми он пользуется кнутом.
Хотя Кэтрин не могла понять, зачем при таком мастерском управлении лошадью ему понадобилось пугать спутницу нравом животного, она все же искренне поздравила себя с тем, что находится под покровительством столь опытного возницы. И, заметив, что лошадь продолжает двигаться в той же спокойной манере, вовсе не пытаясь проявлять опасную резвость (при положенных ей десяти милях в час), Кэтрин почувствовала себя в полной безопасности и всей душой наслаждалась прогулкой и ласкающей свежестью прекрасного февральского дня.
Вслед за коротким разговором несколько минут прошли в молчании, после чего Торп внезапно спросил:
— Небось старый Аллен богат, как жид?
Кэтрин его не поняла, и он повторил вопрос, добавив для пояснения:
— Старикан Аллен, у которого вы живете.
— Вы имеете в виду мистера Аллена?
Да, мне кажется, он очень богат.
— И у него нет никаких детей?
— Нет, никаких.
— Неплохо для его любимчиков.
Он что же — ваш крестный?
— Крестный?
Вовсе нет.
— Вы ведь живете с ними.
— Да, конечно.
— Про то я и говорю.
Славный старикан — верно, в свои годы неплохо пожил. Не зря заработал подагру, а?
Он и сейчас каждый день выпивает по бутылочке?