«Кажется, я не нужна», — подумала старушка.
Тихо затворила она опять дверь и оставила любовников одних.
Орас вернулся с неблагоразумной настойчивостью к вопросу об отложенной свадьбе.
При первых словах, произнесенных им, она тотчас отступила назад — с грустью, не сердито.
— Не приставайте ко мне сегодня, — сказала она, — я не совсем здорова.
Он встал и тревожно посмотрел на нее.
— Могу я поговорить об этом завтра?
— Да, завтра.
Она вернулась к дивану и переменила тему разговора.
— Как долго нет леди Джэнет! — сказала она.
— Что может задерживать ее так долго?
Орас употребил все силы, чтобы показать, будто он интересуется продолжительным отсутствием леди Джэнет.
— Зачем она оставила вас? — спросил он, стоя за спинкой дивана и наклоняясь к Мерси.
— Она пошла в библиотеку написать записку к своему племяннику.
Кстати, кто ее племянник?
— Неужели вы не знаете?
— Право, не знаю.
— Вы, без сомнения, слышали о нем, — сказал Орас.
— Племянник леди Джэнет знаменитый человек.
Он замолчал и, наклонившись ближе к Мерси, приподнял локон, лежавший на ее плече, и прижал его к губам.
— Племянник леди Джэнет, — продолжал он, — Джулиан Грэй.
Она вскочила и оглянулась на него со смущением, изумлением, страхом, как бы сомневалась в здравости своего ума.
Орас был также приведен в крайнее изумление.
— Любезная Грэс, — воскликнул он, — что я сказал или сделал такое, что вы так испугались?
Она молча протянула руку.
— Племянник леди Джэнет Джулиан Грэй, — повторила она медленно, — а я узнала об этом только теперь!
Недоумение Ораса увеличилось.
— Моя дорогая, теперь, когда вы знаете это, что вас пугает? — спросил он.
Было отчего испугаться самой смелой женщине на свете в таком положении и с таким темпераментом, как у нее.
Для ее воображения представление личности Грэс Розбери вдруг приняло новый вид, вид предопределения.
Оно слепо привело ее в тот дом, в котором она должна была встретить проповедника приюта.
Он приближался — тот человек, который затронул самую глубину ее сердца, который повлиял на всю ее жизнь!
Неужели день расчета приближается вместе с ним?
— Не обращайте на меня внимания, — сказала она слабым голосом, — я была больна все утро.
Вы видели это сами, когда вошли сюда, даже звук вашего голоса испугал меня.
Мне сейчас будет лучше.
Я боюсь, что испугала вас.
— Милая Грэс, по выражению вашего лица было видно, что вы как будто испугались звука имени Джулиана.
Я знаю, что он знаменит, и я видел, как женщины вздрагивали и не спускали с него глаз, когда он входил в комнату.
Но вы казались поражены испугом.
Она собралась с мужеством, с отчаянным усилием она засмеялась — жестким, тревожным смехом — и остановила Ораса, закрыв ему рот рукою.
— Вздор! — сказала она небрежно, — как будто мистер Джулиан Грэй имеет какое-нибудь отношение к моему лицу!
Мне уже лучше.
Посмотрите сами.
Она посмотрела на него с призрачной веселостью и улыбнулась в отчаянной попытке показаться равнодушной к племяннику леди Джэнет.
— Разумеется, я слышала о нем, — сказала она.
— Вы знаете, что его ждут сюда сегодня.
Не стойте позади меня — так трудно говорить с вами.
Подойдите сюда и сядьте.
Он повиновался, но она еще не была им довольна.