В том движении, с которым он подошел к Джулиану, чувствовалось возникшее ревнивое подозрение, в тоне, которым он произнес слова
«Оставьте ее мне», это явно ощущалось.
Джулиан молча передал ему Мерси.
Слабый румянец вспыхнул на его бледном лице, когда он отступил назад, между тем как Орас относил ее на диван.
Джулиан потупил глаза, он как будто упрекал себя, размышлял о тоне, которым его друг говорил с ним.
Сначала он принимал деятельное участие в случившейся неприятности, но теперь, по-видимому, оставался нечувствителен ко всему, что происходило в комнате.
Прикосновение к его плечу заставило Джулиана опомниться.
Он обернулся и посмотрел.
Женщина, виновница всех этих неприятностей, незнакомка в бедном черном платье, стояла позади него.
С безжалостной улыбкой указала она на фигуру женщины, распростертую на диване.
— Вам нужно было доказательство, — сказала она, — вот оно!
Орас услышал ее.
Он вдруг отошел от дивана и приблизился к Джулиану.
Его лицо, обыкновенно румяное, было бледно от сдерживаемой ярости.
— Уведите отсюда эту тварь, — сказал он, — сию минуту!
Или я не отвечаю за то, что могу сделать!
Его слова заставили Джулиана опомниться.
Он оглянулся вокруг.
Леди Джэнет вместе с ключницей ухаживала за лежавшей в обмороке женщиной.
Испуганные слуги толпились в дверях библиотеки.
Один предложил сбегать за ближайшим доктором, другой предлагал сходить за полицией.
Джулиан движением руки заставил их замолчать и обернулся к Орасу.
— Успокойтесь, — сказал он, — предоставьте мне спокойно вывести ее из дома.
Он взял Грэс за руку.
Она колебалась и старалась высвободиться.
Джулиан указал на группу у дивана и на смотревших слуг.
— Вы всех в этой комнате сделали своими врагами, — сказал он, — и в Лондоне у вас нет ни одного друга.
Вы и меня желаете сделать своим врагом?
Голова ее опустилась, она не отвечала, она ждала, безмолвно, повинуясь воле более твердой, чем ее.
Джулиан приказал уйти слугам, собравшимся в дверях.
Он пошел за ними в библиотеку, ведя Грэс за собой за руку.
Прежде чем затворить дверь, Джулиан остановился и оглянулся в столовую.
— Приходит она в себя? — спросил он после минутной нерешительности.
Голос леди Джэнет ответил ему:
— Нет еще.
— Не послать ли мне за ближайшим доктором?
Орас вмешался.
Он не захотел допускать Джулиана участвовать даже косвенно в выздоровлении Мерси.
— Если доктор нужен, — сказал он, — я сам за ним схожу.
Джулиан запер дверь библиотеки.
Он рассеянно выпустил руку Грэс, машинально указал ей на стул.
Она села в безмолвном удивлении, следя глазами, как он медленно ходил взад и вперед по комнате.
С минуту мысли его отдалились от нее и от всего, что случилось после ее появления в доме.
Человек с его тонкой проницательностью не мог не понять, что значило обращение Ораса с ним.
Он допрашивал свое сердце о Мерси сурово и искренне, по своему обыкновению.
"Я только раз видел ее, — думал он, — неужели она произвела на меня такое впечатление, что Орас мог заметить это, прежде чем я сам стал подозревать?
Неужели настало то время, когда я обязан для своего друга не видеть ее более? "
Он с досадой остановился посередине комнаты.
Как человек, преданный своему серьезному призванию в жизни, Джулиан считал обидой для чувства собственного уважения одно только подозрение, что он может оказаться виновен в чисто сентиментальном сумасбродстве, называемом «любовью с первого взгляда».
Он остановился как раз против того кресла, на котором сидела Грэс.