Сколько еще доказательств привела бы леди Джэнет, пересчитать нелегко.
На третьей фразе шум из библиотеки долетел до ее слуха через неплотно притворенную дверь и слова застыли на ее губах.
Орас также услышал этот шум.
Это был шелест (все приближавшийся по ковру в библиотеке) шелкового платья.
В то время, когда наступающее событие остается еще неизвестным, к чему влечет неизбежная наклонность каждого англичанина?
Неизбежная наклонность заставляет его просить кого-нибудь держать с ним пари.
Он так же мало может устоять против этого, как не может не поднять трости или зонтика, за неимением ружья, и сделать вид, будто стреляет, если мимо него пролетит птица, когда он гуляет.
— Угодно, ваше сиятельство, держать пари, что это Грэс? — вскричал Орас.
Ее сиятельство не обратила внимания на это предложение; ее внимание было устремлено на дверь библиотеки.
Шелест затих на минуту.
Дверь тихо отворилась.
Мнимая Грэс Розбери вошла в комнату.
Орас пошел навстречу к ней, раскрыл рот, чтобы заговорить, и остановился, пораженный переменой в своей невесте с тех пор, как он видел ее в последний раз.
Какое-то ужасное уныние как будто овладело ею.
Как будто и ростом она стала меньше, и осунулась.
Она шла медленнее обыкновенного, говорила медленнее и более тихим голосом.
Для тех, кто видел ее до рокового появления мангеймской незнакомки, это был призрак ее, а не сама она.
И все-таки прежнее очарование оставалось: чарующая прелесть глаз, нежная симметрия черт, неподражаемая грация каждого движения, словом, непобедимая красота, которую страдание уничтожить не может и даже время не имеет силы уменьшить.
Леди Джэнет подошла к ней и с сердечной добротой взяла ее за обе руки.
— Милое дитя, добро пожаловать к нам!
Вы сошли вниз, чтобы доставить удовольствие мне?
Она молча наклонила голову в знак согласия.
Леди Джэнет указала на Ораса.
— Вот кто желает видеть вас, Грэс.
Она не поднимала глаз, она стояла покорно, устремив взгляд на корзиночку с разноцветной шерстью, висящую на ее руке.
— Благодарю вас, леди Джэнет, — сказала она слабым голосом.
— Благодарю вас, Орас.
Орас взял ее под руку и подвел к дивану.
Она задрожала, когда села и осмотрелась вокруг.
В первый раз видела она столовую после того, как очутилась лицом к лицу с воскресшей покойницей.
— Зачем вы пришли сюда, мой ангел? — спросила леди Джэнет.
— В гостиной было бы для вас теплее и приятнее.
— Я увидела экипаж у подъезда.
Я боялась встретиться с гостями в гостиной.
Когда она это ответила, вошел лакей и доложил о приехавших гостях.
Леди Джэнет вздохнула устало.
— Я должна пойти и выпроводить их, — сказала она, покоряясь обстоятельствам.
— А вы что будете делать, Грэс?
— Я останусь здесь, если вы позволите.
— А я посижу с ней, — прибавил Орас.
Леди Джэнет колебалась.
Она обещала увидеться с племянником в столовой, когда он вернется, — увидеться наедине.
Успеет ли она выпроводить гостей и увести свою приемную дочь в гостиную до прихода Джулиана?
До домика привратника было десять минут ходьбы и Джулиан должен был еще толковать с привратником.
Леди Джэнет решила, что времени у нее достаточно.
Она ласково кивнула Мерси и оставила ее наедине с женихом.
Орас сел рядом с Мерси на диване.
Насколько допускала его натура, он был предан Мерси.
— С прискорбием вижу, как вы страдали, — сказал он, с искренним огорчением в лице смотря на нее.
— Постарайтесь забыть, что случилось.