— В полицию! — повторила она.
— Для чего?
— Как вы можете задавать этот вопрос? — раздраженно ответил Орас.
— Разумеется, для того, чтобы отдать ее под надзор.
— Вы хотите сказать — в тюрьму?
— Я хочу сказать — в дом умалишенных.
Опять Мерси повернулась к Джулиану.
На лице ее теперь выражались и удивление, и ужас.
— О! — сказала она ему.
— Орас, наверно, ошибается.
Этого быть не может!
Джулиан опять предоставил Орасу отвечать.
Все его внимание все еще было поглощено наблюдением за лицом Мерси.
Она была вынуждена опять обратиться к Орасу.
— Неужели в дом умалишенных? — спросила она. — Конечно, — отвечал он.
— Чему вы удивляетесь?
Вы сами сказали ей, что она помешана.
Боже великий, как вы бледны!
Что с вами?
Она обернулась к Джулиану в третий раз.
Страшный выбор, предоставленный ей, стал очевидным без всяких секретов.
Возвратить Грэс украденную личность или запереть ее в дом умалишенных — надо было выбирать!
В этом виде вырисовывалось сложившееся положение в ее уме.
Мерси выбрала тотчас же.
Прежде чем она заговорила, ее благородное решение Джулиан прочитал в глазах Мерси.
Присущий им внутренний блеск, который он видел в них уже однажды, опять засиял ярче и чище прежнего.
Совесть, которую он укрепил, душа, которую он спас, глядела на него и говорила: "Не сомневайся в нас более! "
— Отошлите этого человека.
Это были ее первые слова.
Она заговорила (указав на полицейского) чистым, звучным, решительным голосом, слышным в самом отдаленном углу комнаты.
Пожатие руки Джулиана сказало ей, что она может полагаться на братское сочувствие и помощь.
Все другие, находившиеся в комнате, смотрели на нее с безмолвным удивлением.
Грэс встала.
Даже человек в партикулярном платье вскочил.
Леди Джэнет (торопливо присоединившись к Орасу и вполне разделяя его недоумение и испуг) взяла Мерси за руку и стала трясти, как бы желая заставить ее понять, что она делает.
Мерси твердо стояла на своем, Мерси повторила решительно, что уже сказала:
— Отошлите этого человека.
Леди Джэнет потеряла всякое терпение.
— Что с вами сделалось? — спросила она сурово.
— Знаете ли вы, что говорите?
Человек этот находится здесь для вас столько же, сколько для меня! Человек этот здесь для того, чтоб избавить вас и меня от дальнейших неприятностей и оскорблений.
А вы настаиваете, настаиваете в моем присутствии, чтоб его отослали!
Что это значит?
— Вы узнаете, что это значит, леди Джэнет, через полчаса.
Я не настаиваю, а только повторяю мою просьбу.
Пусть этого человека отошлют!
Джулиан отступил в сторону (глаза тетки сердито следили за ним) и заговорил с полицейским.
— Идите назад в полицию, — сказал он, — и подождите там, пока я дам вам знать.
Нахальные глаза человека в партикулярном платье искоса посмотрели на Джулиана и Мерси и оценили ее красоту, как ковер и стулья.
«Старая история, — подумал он, — красивая женщина всему причиной, и рано или поздно красивая женщина настоит на своем».