Грэс опустилась на стул, дрожа всем телом.
Мерси подошла к доктору и задала ему прямой вопрос.
— Мы будем защищать позицию? — спросила она.
— Это невозможно!
— Нас, по обыкновению, в десять раз меньше числом.
Громкий бой французских барабанов послышался на улице.
— Вот бьют отступление! — сказал доктор — Капитан не такой человек, чтобы обдумывать два раза свои поступки.
Нас оставляют заботиться о самих себе.
Через пять минут мы должны отсюда выбраться.
Ружейные залпы раздались с разных направлений, пока он говорил.
Немецкий авангард атаковал французские передовые посты.
Грэс с умоляющим видом схватила доктора за руку — — Возьмите меня с собой! — воскликнула она.
— О! Я уже пострадала от немцев!
Не бросайте меня, если они вернутся!
Доктор не растерялся. Он приложил к своей груди руку хорошенькой англичанки.
— Не бойтесь ничего, — сказал он с таким видом, как будто мог уничтожить всю немецкую армию своей непобедимой рукой.
— Французское сердце бьется под вашей рукой.
Французская верность защищает вас.
Голова Грэс опустилась на его плечо.
Сюрвиль чувствовал, что он проявил себя как следует. Он с надеждою оглянулся на Мэрси.
Она также была привлекательная женщина.
Другое плечо француза было к ее услугам.
К несчастью, в комнате было темно — взгляд его пропал для Мэрси.
Она думала о несчастных людях, лежавших в другой комнате, и спокойно напомнила доктору о его обязанностях.
— Что будет с больными и ранеными? — спросила она.
Сюрвиль пожал одним плечом — тем, которое оставалось свободным.
— Тех, которые покрепче, мы можем взять с собой, — сказал он, — а других надо оставить здесь.
Не бойтесь ничего за себя.
Для вас будет место в багажной повозке.
— И для меня также? — умоляющим голосом спросила Грэс.
Непобедимая рука доктора обвила стан молодой девицы и безмолвно отвечала страстным пожатием.
— Возьмите ее с собой, — сказала Мэрси.
— Мое место с теми, кого вы оставите здесь.
Грэс слушала ее с изумлением.
— Подумайте, чем вы рискуете, — сказала она, — если останетесь здесь.
Мерси указала па свое левое плечо.
— Не бойтесь за меня, — ответила она. — Красный крест защитит меня.
Новый гром барабанов заставил чувствительного доктора занять свое место главного распорядителя походного госпиталя без дальнейших проволочек.
Он отвел Грэс к стулу и на этот раз прижал обе ее руки к своему сердцу, чтобы примирить ее с несчастьем его отсутствия.
— Подождите здесь, пока я вернусь к вам, — шепнул он.
— Не бойтесь ничего, мой очаровательный друг.
Скажите себе:
— Сюрвиль душа чести!
Сюрвиль предан мне! Он ударил себя в грудь, он опять забыл о темноте в комнате и бросил взгляд невыразимого восторга на своего очаровательного друга.
— До скорого свидания! — вскричал он, поцеловал ее руку и исчез.
Когда холстинная занавесь опустилась за ним, громкий звук ружейных выстрелов внезапно был заглушен громом пушек.
Через минуту граната разорвалась в саду в нескольких шагах от окна.
Грэс упала на колени с криком ужаса.
Мерси, не потеряв самообладание, подошла к окну и выглянула.
— Взошла луна, — сказала она, — немцы сыпят гранаты на деревню.