Через десять минут, побив собственные рекорды, он отодвинул засовы и открыл дверь.
Агату, почти в обмороке, но живую и невредимую, подхватила на руки мать.
Джимми Валентайн надел пиджак и, выйдя из-за перил, направился к дверям.
Ему показалось, что далекий, когда-то знакомый голос слабо позвал его:
«Ральф!»
Но он не остановился.
В дверях какой-то крупный мужчина почти загородил ему дорогу.
— Здравствуй, Бен! — сказал Джимми все с той же необыкновенной улыбкой.
— Добрался-таки до меня!
Ну что ж, пойдем.
Теперь, пожалуй, уже все равно.
И тут Бен Прайс повел себя довольно странно.
— Вы, наверное, ошиблись, мистер Спенсер, — сказал он.
— По-моему, мы с вами незнакомы.
Вас там, кажется, дожидается экипаж.