— Я?
Ни с какого бока!
— И вы раньше не видели Руди Шерца и не общались с ним?
— Никогда.
— Но вы способны на такие шутки, верно?
— Кто вам сказал?!
А все из-за того, что я однажды подложил Банни в постель яблочный пирог и послал Мици открыточку: “Берегись! Гестапо напало на твой след!”
— Расскажите о случившемся.
— Как только я вышел в маленькую комнату, чтобы принести херес, свет вдруг погас.
Я обернулся: в дверях стоял какой-то тип, он рявкнул:
“А ну руки вверх!” Все разохались, развопились, а я прикидывал, как бы половчее сбить его с ног. Но он вдруг принялся палить из пистолета, а потом хлоп — и повалился на пол; фонарик выпал из его руки, и опять стало темно; тут полковник Истербрук стал командовать, как в казарме:
“Свет! Свет!..” А где я ему возьму свет? Разве моя зажигалка долго протянет?
Эти проклятые новшества — сплошное надувательство.
— Как вам показалось? Налетчик целился именно в мисс Блеклок?
— Откуда мне знать?
Думаю, он стрельнул просто так, шутки ради, а потом понял, что зашел слишком далеко.
— И застрелился?
— Почему бы и нет?
У него физиономия мелкого жулика, который легко впадает в панику.
— Вы абсолютно уверены, что никогда прежде его не видели?
— Абсолютно.
— Спасибо, мистер Симмонс.
Я хотел бы опросить остальных, тех, кто присутствовал здесь вчера.
В каком порядке это лучше сделать?
— Значит, так.., наша Филлипа — миссис Хаймс — работает в Дайас-Холле.
Ворота почти напротив наших. А оттуда ближе всего до Светтенхэмов.
Спросите — вам любой покажет дорогу.
Глава 7 …И другие
Даиас-Холл сильно пострадал за время войны.
Там, где некогда росла спаржа, теперь радостно произрастали сорняки, среди которых, как свидетели безобразия, с трудом пробивались жалкие, тощие метелочки спаржи.
Зато вьюнки, крестовник и прочая нечисть чувствовали себя вольготно.
Часть огорода, правда, уже призвали к порядку, и там Креддок обнаружил унылого старика, который задумчиво опирался о заступ.
— Вы небось миссис Хаймс ищете?
Уж и не знаю, что вам сказать.
Она все наперекор делает.
Я к ней с чистой душой, да что толку?
Эти молодые девицы никого не слушают, никого.
Думают: раз штаны нацепили и уселись на трактор, так им никто не указ!
Но тут настоящий садовник нужен.
А эту премудрость в один день не одолеешь.
Да, садовник — вот кто тут нужен.
— Пожалуй, — поддакнул Креддок.
Но старик воспринял его слова как упрек.
— Да вы сами посудите, что я могу один?
Здесь всегда работало трое взрослых мужиков и парнишка.
Столько и сейчас требуется.
Ведь далеко не всякий будет надрываться, как я.
Порой до восьми вечера здесь спину гну.
До восьми!
— А вы что, с фонариком работаете?