— Вот это мне и предстоит выяснить, — мрачно ответил Креддок.
А про себя подумал:
“Икс с улицы?
Как бы не так! Икс был здесь, в доме. Икс был в тот вечер в гостиной”.
Глава 10 Пип и Эмма
На сей раз мисс Блеклок слушала его более внимательно.
Она была умной женщиной и сразу ухватила самую суть.
— Да, — спокойно согласилась она, — это меняет дело… Никто не должен был открывать ту дверь.
Но никто и не открывал ее, насколько мне известно.
— Поймите же, — настаивал инспектор, — когда погас свет, кто-то из сидевших в комнате мог выскользнуть через ту дверь, подкрасться к Шерцу сзади и выстрелить в вас.
— И никто его не заметил, не услышал?
— Никто.
Вы же помните: когда погас свет, все задвигались, закричали, начали толкаться.
А потом единственное, что можно было увидеть, — это свет фонарика.
— И вы верите, что кто-то из моих милых соседей, этих вполне мирных обывателей, проскользнул туда и пытался меня убить? — сказала мисс Блеклок с расстановкой.
— Но почему меня?
За что, скажите на милость?
— По-моему, вы, а не я должны ответить на этот вопрос, мисс Блеклок.
— Но я не могу, инспектор.
Уверяю вас.
— Что ж, начнем сначала.
Кто получит наследство после вашей смерти?
Слегка поколебавшись, мисс Блеклок ответила:
— Патрик и Джулия.
Дора Баннер получит обстановку и небольшой годовой доход.
Но в общем-то мне нечего особо оставлять.
У меня были вклады в немецких и итальянских ценных бумагах, но они обесценились, да и налоги нынче высокие, а проценты низкие, так что убивать меня не имеет никакого смысла, уверяю вас… Большую часть денег я положила на срочный вклад в банк под проценты около года назад.
— И все-таки кое-какие средства у вас есть, мисс Блеклок, и ими завладеют ваши племянник с племянницей.
— И что же — Патрик с Джулией замыслили меня убить?
Просто невероятно.
Да они не так уж и нуждаются.
— Вы точно знаете?
— Нет.
Только с их слов… Но я решительно отказываюсь их подозревать.
Может, когда-нибудь у них появится стимул убить меня, но только не сейчас.
— Что вы имеете в виду, мисс Блеклок? — ухватился за ее слова инспектор.
— То, что когда-нибудь, — а может, и весьма скоро, — я стану очень богата.
— Интересно.
Вы не могли бы пояснить?
— Разумеется.
Вы, должно быть, не знаете, но двадцать с лишним лет назад я была секретаршей и близким другом Рэнделла Гедлера.
Креддок навострил уши.
Рэнделл Гедлер был одним из крупнейших финансовых воротил.
Его дерзкие спекуляции и почти актерская известность сделали его, человеком, о котором еще долго будут помнить.
Он умер, если Креддока не подводила память, в тридцать седьмом или тридцать восьмом году.
— Вы были еще совсем маленьким, — сказала мисс Блеклок.
— Но, вероятно, слышали о нем.
— О да.
Он ведь был миллионером?
— Мультимиллионером, хотя его дела не всегда отличались стабильностью.