— Но он того стоит, — сказал Патрик.
— Иностранцы действительно знают толк в кондитерских изделиях, — изрекла мисс Хинчклифф.
— А вот простого пудинга приготовить не могут.
Все вежливо промолчали, хотя губы Патрика дрогнули, словно он намеревался спросить: кто из присутствующих хотел бы сейчас отведать простого пудинга?
— Что, вы взяли нового садовника? — поинтересовалась мисс Хинчклифф у мисс Блеклок, когда они возвратились в гостиную.
— Нет, а почему вы так решили?
— Да тут какой-то малый вертелся. Возле курятника.
Вид у него, правда, был довольно пристойный, армейская выправка.
— Ах этот! — воскликнула Джулия.
— То наш сыщик.
— Сыщик!.. Но почему? — Миссис Истербрук даже выронила сумочку.
— Не знаю, — пожала плечами Джулия.
— Он все ходит кругами и следит за домом.
Наверное, охраняет тетю Летти.
— Какая чушь! — сказала мисс Блеклок.
— Покорнейше благодарю, но я могу и сама за себя постоять.
— Так ведь все давно кончено! — вскричала миссис Истербрук.
— Я как раз хотела спросить: почему они не закрыли дело?
— Полиция не удовлетворена, — объяснил ее муж.
— Вот почему.
— А чего им не хватает?
Полковник Истербрук покачал головой, давая понять, что он мог бы поведать куда больше, если б счел необходимым.
Эдмунд Светтенхэм, недолюбливавший полковника, сказал:
— По правде говоря, мы тут все под подозрением.
— Под подозрением? — переспросила миссис Истербрук.
— Не бери в голову, котеночек, — проворковал ее муж.
— Нас подозревают в том, что мы тут шляемся намеренно, — продолжал Эдмунд, — чтобы при первой же возможности совершить убийство.
— Пожалуйста, не надо, мистер Светтенхэм! — вскричала Дора Баннер, заливаясь слезами.
— Я уверена, что никто из нас не смог бы убить нашу дорогую, драгоценную Летти!
На мгновение все стушевались.
Эдмунд побагровел и пробормотал:
— Я пошутил.
Тут Филлипа предложила послушать последние известия, и все горячо ее поддержали.
Патрик прошептал Джулии:
— Сюда бы еще миссис Хармон.
Уж она бы наверняка спросила своим звонким голоском:
“Но ведь, наверно, кто-то ждет случая убить вас, мисс Блеклок?”
— Я рада, что она и эта ее старуха Марпл не пришли, — сказала Джулия.
— Старая грымза везде сует свой нос.
И, по-моему, любит покопаться в грязном белье.
Типичный образчик викторианской эпохи.
Последние новости спровоцировали всех на чинное обсуждение ужасов атомной войны.
Полковник Истербрук сказал, что, несомненно, Россия — главная угроза мировой цивилизации, а Эдмунд возразил: дескать, у него есть несколько совершенно очаровательных русских друзей, однако его заявление было принято весьма прохладно.
Затем все снова рассыпались в благодарностях хозяйке.
— Ты повеселилась, Банни? — спросила мисс Блеклок, когда ушел последний гость.
— О да.
Но у меня страшно болит голова.
Наверно, от нервного возбуждения.
— Это от торта, — сказал Патрик.
— Меня тоже мутит.