— Мы изучили очень многие из них, — сказал Кен Стар.
— Мы нашли записи сообщений на Магнетите — доклады тех отчаянных людей, которые обследовали остальные камни.
Несколько из них имеют форму кораблей — невероятно огромных кораблей.
— Неужели это корабли? — не верил я.
— Они же в мили длиной.
Он кивнул, глядя на пустой экран.
— Такова истина.
— Что… — мне пришлось перевести дух, — что с ними случилось?
— Время.
— В вибрирующей тишине цилиндра его старческий отчетливый голос звучал как колокол рока.
— Время и катастрофа.
Я думаю, последний их вояж начался гораздо раньше, чем родилось наше пространство и время.
— Вы знаете, откуда они появились?
Он раскрыл рот, чтобы ответить, однако ничего не сказал и вновь стал смотреть на пустой экран.
Старый Хабибула поставил пустую банку из-под икры, и та звякнула, заставив нас вздрогнуть.
Взглянув на Лилит, я увидел, что она смотрит в насмешливые рубиновые глаза маленького черепа.
Лицо у нее было отчаянным и бескровным.
Она медленно повернулась к Кену Стару. Ладошка её лежала в моей руке.
— Я думаю, мы знаем это, — сказала она.
— Кажется, ты нам когда-то рассказывал… — Я вам рассказывал о своей теории пространственно-временной вселенной — нашей вселенной, родившейся при взрыве галактики в этой материнской вселенной.
Я думаю, на этих кораблях спасались беженцы из той галактики.
Величественная и трагическая сага!
Героями ее, я полагаю, были существа, немного походившие на нас.
Мы находили двери, не слишком высокие для людей, а на тех местах, где они, видимо, погибали, фосфорную и кальциевую пыль.
Мы не в силах воссоздать их биохимию, но корабли доказывают, что технология у них была развита очень высоко.
Взрываются только старые галактики.
Их раса, должно быть, была могущественной и сильной.
Остались следы отчаянной борьбы за существование.
Вероятно, они добрались до пределов своей галактики, опережая взрыв.
Вся галактика разлетелась за ними словно сто миллионов сверхновых, а они сумели построить флот.
Очевидно, в условиях расширения вселенной их галактика оказалась в изоляции, и они пошли на отчаянную попытку межпространственного перелета.
Он опять сделал паузу, глядя на черный круг зеленоватой тьмы, окруженный туманными звездами.
— По иронии судьбы, единственный уцелевший корабль управлялся роботами, — сказал Кен Стар.
— Беженцы построили его для того, чтобы он открыл проход из пространства в пространство, чтобы они могли скрыться от взрыва.
Когда проход был открыт, он прошел первым, чтобы разведать новый космос и обеспечить плацдарм для вторжения.
Холодная ладонь Лилит сжала мою руку.
— Я не уверен, что все у них пошло плохо, — сказал Кен Стар.
— Мы не нашли записей, которые могли бы прочитать. Ничего не нашли, за исключением тех машин.
Однако, я полагаю, часть флота была захвачена галактическим взрывом.
Ничто другое не смогло бы так смять и оплавить корабли, чтобы мы приняли их потом за природные астероиды.
Я думаю, еще больше их было изувечено, когда они проникли в новую вселенную на слишком большой скорости — дело в том, что их расширяющаяся масса была так же опасна, как и взрывающаяся галактика.
Быть может, имели место и другие фатальные случайности — мы можем на этот счет только догадываться.
Но самым неприятным сюрпризом для них, видимо, явилась Аномалия во времени.
— Ах, какой ужас! — вздохнул старый Хабибула.
— Однако ради драгоценной сыворотки Лиль я согласился бы провести тысячу лет замороженным в чужой вселенной.
Задрожав, он допил вино.
— Должно быть, флоту пришлось ждать, когда роботы подготовят все необходимое для их вторжения, — сказал Кен Стар.
— Из-за разницы во времени им пришлось прождать миллионы или сотни миллионов лет, прежде чем роботы смогли послать им сигнал следовать за ними.
К тому времени вся раса, подготовившаяся к вторжению, погибла…
— Выходит, нам противостоят только машины? — прошептал я.