Патрульные крейсера Хала Самду посылали во все стороны импульсы, но они не могли так легко обнаружить Чана, потому что несколько тонн его крейсера были почти ничем по сравнению с этими тысячетонными громадами.
И мощное всепроникающее гравитационное, магнитное и электрическое поля надежно снижали шансы его обнаружения.
Внизу росла Земля.
Огромный диск плотной тьмы, окаймленный сверхъестественным пламенем, — это атмосфера отражала солнечные лучи, образуя чернеющий круг, пылающий красным великолепием всех возможных закатов.
Серебристая паутина вращающихся символов кружилась в этом кольце и исчезала во тьме.
Осторожно вращая верньер-штурвал, напряженно всматриваясь в смутный красный диск, Чан Деррон вел
«Атом-Фантом» к силовой установке, которая управляла движением огромного зеркала из натриевой фольги, находившегося за пределами гигантского колеса, и поставил корабль на магнитный якорь.
Облачившись в белый, тщательно подогнанный скафандр, Чан пристегнул к поясу бластер и вышел в люк.
Один заряд из бластера перерезал силовые кабели.
И он стал ждать, стоя на краю зеркала, когда вернется солнце.
Огромный щит пылал белым огнем, и маленький корабль находился под ним, скрытый кромешной тьмой.
Но если бы зеркало повернулось…
Наконец, появился техник, скользя на страховочном лине со стороны металлической звезды — сердца Новой Луны — и держа в руках ящик с инструментами.
Вцепившись в рычажок управления геопеллером, Чан бросился ему навстречу.
Они встретились в космосе.
Техник, оправившись от удивления, проявил неожиданное проворство.
Он выхватил атомный факел, который мог сжечь скафандр Чана как бумагу.
— У меня бластер.
— Вибрация металла во время яростной схватки передавала слова Чана.
— Однако мне не нужна твоя жизнь. Давай ключи и номер!
— Деррон!
— Лицо человека побелело под шлемом.
— Каторжник… нас предупреждали!
— Чан вцепился в факел.
Но противник уже прекратил сопротивление.
Лишившись сил от страха, он захрипел:
— Ради бога, Деррон, не убивай меня!
Я все сделаю, как скажешь!
Чан заметил, что его имя здесь имеет большую силу, чем тело.
И оно опаснее, чем любой враг.
Он быстро забрал у техника инструменты, ключи, номерную пластину со шлема — желтый светящийся полумесяц.
Атомным факелом он приварил рукав его скафандра к силовой установке.
— Через три часа, — пообещал Чан, — я вернусь и отпущу тебя.
Он схватил скользящий провод страховочного линя, и геопеллер помчал его к Новой Луне, до которой было пятьсот миль.
Провод привел его к огромной платформе на одном из гигантских трубчатых рукавов центральной звезды.
Он опустился среди группы людей, у каждого из которых были инструменты, и вместе с ними поспешил к огромному воздушному шлюзу.
Со стенки шлюза на него уставилось собственное лицо. «Двести пятьдесят тысяч награды! — кричали малиновые буквы. — Будьте бдительны!
Этот человек может быть среди вас!»
По пути, двигаясь вместе с остальными к люку, он повернул захваченный у техника табель.
«Осмотр и ремонт зеркала 17-Б-285», — было на нем задание.
Он нацарапал внизу: «Дефектный переключатель исправлен».
Сколько у него времени, думал он, прежде чем другой ремонтник, посланный, чтобы выполнить работу получше, найдет первого, приваренного к силовой установке рядом с «Атомом-Фантомом»?
Но если он выиграл эти три часа…
Во внутренних помещениях, где люди освобождались от металла и спешили под душ, с наслаждением снимая одежду, он снова увидел зловещий плакат.
И все разговоры, которые он слышал, были о Чане Дерроне и Василиске, и о том, что оба они — одно и то же лицо, и об обещании ограбления и убийства сегодня ночью.
Чан Деррон нашел кабинку с тем же номером, что он взял у техника.
Он повесил скафандр, быстро натянул тесное белье и просторную одежду, найденные там, и влился в группу усталых людей, идущих к себе на ужин.
— Держи ушки на макушке, — посоветовал идущий рядом маленький механик.
— Любой рослый человек, которого ты встретишь сегодня ночью, может стоить четверть миллиона.
Ты даже не заподозришь, что…