Игорные салоны занимали шесть просторных залов вокруг частного офиса Гаспара Ханнаса, расположенного на оси вращения Новой Луны.
Стены офиса были прозрачны изнутри, и Ханнас, со своего огромного вращающегося кресла за круглым столом, мог видеть любой из своих холлов.
Это были огромные и роскошно обставленные помещения.
В нишах — дорогие статуи, на полированных полах — тысячи игорных столиков.
К каждому холлу подходила туннель, о котором большинство игроков не подозревало. В туннелях их проигрыш быстро подсчитывался и переправлялся в надежный бункер под офисом Гаспара Ханнаса.
Из щели в круглом столе постоянно шла лента с подсчетом проигрышей и выигрышей.
Потери были показаны красным цветом, однако увидеть их можно было очень редко.
— Законы вероятности, — всегда утверждал Гаспар Ханнас, улыбаясь, своей неподвижной бессмысленной улыбкой, — это все, что мне нужно.
Каждая игра — беспроигрышна.
Сегодня шесть холлов были заполнены сверх обычного.
По Новой Луне бродил слух о Василиске, и великое множество любителей острых ощущений в шелках и драгоценностях с нетерпением ждало, что произойдет ночью.
В этот вечер Гаспар Ханнас не следил за лентой.
Он прошел вместе с тремя легионерами в Алмазную Комнату, где ставки не ограничивались.
В узловатой руке Хала Самду был помятый плакат с объявлением о награде.
— Деррон, подозреваемый, и есть ваш Василиск.
— Время от времени он освежал воспоминания, бросая взгляд на бронзоволосое, покрытое космическим загаром лицо Чана Деррона на портрете.
— Деррон — человек рослый, — сказал задумчиво Джей Калам.
— Этот тоже великан.
Они проследили за взглядом его серьезных темных глаз.
— Ах, действительно! — засопел Жиль Хабибула, стараясь не отстать от Хала Самду.
— Величественная фигура, что и говорить.
А рядом с ним красивая девушка.
Человек возвышался, как башня, над неугомонными, ярко наряженными игроками.
Волосы у него были темными, кожа имела характерный бледный оттенок.
На лице — длинный шрам.
Блондинка рядом с ним была столь же экстравагантна.
На ней было роскошное манто из бесценного каллистянского меха, которое она носила с королевской грацией.
На шее у нее находилась алмазная заколка в форме звезды — Джею Каламу показалось, что она похожа на увеличенную снежинку.
— Шесть футов три дюйма, — сказал Хал Самду сдавленным голосом.
— Этого ему не скрыть, а бледность и темные волосы — маскировка.
— Он поманил одного из солдат в штатском, который незаметно следовал за ним.
— Мы его арестуем и разберемся, кто он.
Джей Калам резко покачал головой.
— Следите за ним, — прошептал он.
— Если это Деррон, и Василиск, мы выясним кое-что об его методах.
Тем временем…
Он что-то прошептал Жилю Хабибуле.
— Во имя жизни, Джей!
— Рыбьи глазки Жиля выпучились, изумленно уставясь на него.
— Не требуй от меня этого!
Не приказывай старому солдату идти на такой риск!
— Жиль!
— Хал Самду схватил его за плечи.
— Это надо сделать ради Хранителя Мира!
Жиль Хабибула вздрогнул и покачнулся.
— Не надо, Хал! — прохрипел он.
— Ради жалкой жизни!
Я, конечно, сделаю все, что просит Джей.
Да, ради Хранителя… Он повернулся к белому великану в черном.
— Ах, мистер Ханнас, — засопел он. — Я вынужден просить вас одолжить мне тысячу синих жетонов.