Взгляд его упал на низенького русоволосого человечка напротив — отрыжка общества, бледные возбужденные глазки за толстыми стеклами очков напряженно всматривались в бесконечные строчки в записной книжке.
Тонкие нервные пальцы бегали по клавиатуре маленького бесшумного калькулятора.
Перед ним на столе оставалось три жетона.
Жиль Хабибула окликнул его:
— Братец, хочешь выиграть?
Маленький незнакомец заморгал, взглянув на него.
— Сэр, — послышался его визгливый голос, — хочу.
Я много лет трудился над совершенствованием моей системы, произвел двадцать миллионов вычислений.
У меня осталось три жетона.
— Забудь о своей смертельной системе, — засопел Жиль Хабибула, — и ставь свои жетоны на сто один.
Человек неуверенно поскреб русую макушку, с сомнением глядя в свою записную книжку.
— Однако моя система, сэр, основана на перестановке чисел и гравитационном воздействии планет… Моя система…
— Дурак! — прошипела женщина с лицом мышеловки, сидевшая рядом с ним.
— Играй!
Старый пройдоха что-то замышляет!
Он только что урвал двадцать миллиардов.
Она поставила столбик собственных жетонов на сто один.
Жиль моргнул, и крупье завертел рулетку.
Маленький человечек глянул на свой калькулятор, затем поставил жетон на сорок один.
Толстая рука Жиля Хабибулы, державшая кредитки так, словно это был радиоактивный металл, положила выигрыш на дубль-зеро.
— Два биллиона и несколько миллионов, — сказал он белому, как мел, крупье.
В голосе его звучала откровенная угроза.
— И не шевелиться, пока шарик не остановится!
Не дышать!
Он посмотрел на русоволосого коротышку.
— Ты прав, братец, — сказал он. — Твой номер выиграет.
Это зависит от гравитационного воздействия.
— Он ткнул ручкой трости в лицо крупье.
— Не двигаться!
Трость приподнялась, и шарик выскочил в паз.
— Выиграл сорок первый!
— Всхлипнув от облегчения, белый, как мел, крупье забрал пачку кредиток с дубль-зеро.
Дрожащей рукой он смахнул остальные ставки.
Затем придвинул к коротышке стопку и сотни жетонов.
Женщина с невыразительным лицом издала какой-то звук.
— Моя система! — прогудел возбужденный коротышка.
— Наконец-то!
Тонкие пальцы сделали пометку в черной записной книжке.
Пробежались по безмолвным клавишам калькулятора.
Он взглянул на табло, потом поместил жетоны опять на сорок один.
Бесцветные глаза Жиля Хабибулы снова обратились к крупье.
— Сорок первый, — сказал он, — вновь выиграет.
Крупье облизал сухие губы.
Блестящие глаза в отчаянии взглянули на Гаспара Ханнаса.
Он хрипло продолжал делать ставки, раскрутил колесо и с ужасом на лице смотрел на прыгающий шарик.
И выиграл сорок первый номер!
— Моя система!
— Русоволосый коротышка сгреб жетоны дрожащими руками.
— За двадцать лет впервые!
Дурак, дурак этот доктор Дэвиан — говорили все.