И еще — как можно бдительнее охраняйте робота и результаты своих исследований.
— Есть, командор.
— Хал Самду отдал честь, и веселая улыбка осветила его большое некрасивое лицо.
— Наконец-то, Джей, мне удастся заняться чем-нибудь стоящим.
И он пошел вслед за Ханнасом к кабине лифта.
— А теперь, Жиль, — продолжал командор, — я бы хотел узнать побольше о трех людях.
Я знаю, что вес улик говорит о том, что Василиск — Чан Деррон. Возможно, здесь не обошлось без андроида.
Но в таком серьезном деле мы не должны исключать и другую возможность.
Предположим, Василиск должен быть блестящим, с безжалостным умом, ученым. В Алмазном Зале находились трое таких людей, которые могут быть заподозрены.
— Да, Джей.
— Маленькие рыбьи глазки Жиля Хабибулы заморгали.
— Кто же это?
— Инженер Джон Комэйн, — начал Джей Калам.
— Ах, да, — согласился Жиль Хабибула.
— Мне не понравился вид этой таинственной коробки.
— А кто остальные?
— Игрок Брелекко, — сказал командор.
— И сам Ханнас.
— Ханнас!
И Брелекко.
Ах, да, я вижу, все трое подходят к твоей классификации.
Я мало знаю об этом Комэйне.
Но если и были среди людей когда-либо два ненавидящих друг друга волка, то это Ханнас и Брелекко.
— Ты знаешь их, Жиль.
Они всегда были такими друзьями, как сейчас?
— Друзьями?!
— Выпученные глаза уставились на Джея.
— Ах, Джей, они ненавидели друг друга всю жизнь. Мы все трое ненавидели друг друга.
Ах, да!
И если бы один из нас был слабее остальных, то они растерзали бы его в клочья.
— Расскажите мне об этом, Жиль.
— Это было сорок лет назад, Джей, даже больше.
— Опершись на трость, Жиль Хабибула покачивался.
— Тогда Жиль был настоящим мужчиной, воином, а не жалким старым солдатом, как сейчас.
Он возвращался на Венеру, получив отпуск в Легионе…
— Отпуск, Жиль? — удивился хмурый командор.
— На пять лет?
Жиль Хабибула сердито засопел.
— Обвинения в дезертирстве не подтвердились, Джей.
Ах, все это было коварным замыслом моих врагов, чтобы испортить карьеру верного легионера.
— Не подтвердились, — многозначительно вставил Джей Калам, — потому что все документы следствия загадочно исчезли.
— Мне ничего не известно об этом.
— Рыбьи глазки заморгали.
— Если тебе больше нечего делать, кроме как повторять злобные измышления демонов вроде Ханнаса или Брелекко, если ты хочешь зла старому солдату, смелейшему из солдат, которые когда-либо рисковали жизнью, чтобы спасти Систему… — Жалобный голос надломился.
— Прости, Жиль.
— В темных глазах Джея Калама засветился крошечный огонек.
— Расскажи, что произошло на Венере.
— Ах, Джей, спасибо, — благодарно засопел старик.
— Ты никогда не стремился раскопать тех собак, которых пытались навесить на бедного старого солдата.
— Он покачивался, опершись на трость.