Припасы пришли позже на частном фрахтере
«Эревон», невзрачном, но мощном гравитационном флайере, который выглядел потрепанным ветераном незаконных экспедиций.
Капитаном его был коренастый неуклюжий человек с твердым взглядом, не особенно разговорчивый, из тех штатских, которым, похоже, только и остается держаться таких богом забытых мест, как Край Света.
Вместо мужчин и женщин, необходимых для пополнения нашего поредевшего экипажа, корабль доставил только двух пассажиров — старого солдата и девушку.
Вместе с ними пришла весьма загадочная история.
История, или та часть ее, в которую я был посвящен, была рассказана мне капитаном Скаббардом, когда он появился на станции с запечатанным пакетом приказов от базы нашего сектора.
По его словам, старый солдат и девушка появились на флайере в дикой спешке; при них был странный груз.
Вместе с ним пришли неприятности.
Капитан Скаббард признавал, что астронавты у него не лучшего класса.
Они не привыкли к дисциплине, и он подозревал, что некоторые из них скрашивали томительное путешествие к Краю Света с помощью контрабандных наркотиков.
Они издевались над старым солдатом и пытались принудить девушку заниматься с ними любовью.
Капитан сказал, что они привыкли иметь дело с уступчивыми вольнонаемными, и гордость девушки их только воспламенила.
Даже помощник капитана вступил в игру.
Во время его вахты они напоили солдата, заперли его в трюме и набросились на девушку в её каюте.
Капитан Скаббард был смущен, рассказывая, чем это кончилось.
С помощью какого-то неизвестного приема или оружия девушка вырубила двух насильников.
Остальные еще больше разъярились.
Она стала звать на помощь солдата.
Солдат, менее пьяный, чем это казалось, открыл замок и вступил в драку.
Хотя он был безоружен, он и девушка уложили пятерых астронавтов.
Двое ускользнули из каюты, остальные трое, по мнению капитана, были убиты.
— Но мы не смогли найти трупов.
— Глаза его с тревогой уставились на люк шлюза, за которым его пассажиры дожидались разрешения перейти на станцию.
— Не знаю даже, что и делать.
Солдат попросту предложил мне забыть об этом инциденте, однако помощник и двое рядовых исчезли, и мы не можем найти их тел.
Вы даже не предполагаете, наверное, как трудно избавиться от трупа в закупоренном космическом корабле.
Это не просто трудно, это невозможно.
В жизни я повидал много занятных вещей, но никогда не видел ничего подобного.
Поблагодарив капитана Скаббарда и сказав, что расспрошу пассажиров, прежде чем пущу их на станцию, я понял, что он их боится.
Я понял, что он хочет, чтобы они как можно скорее покинули его корабль, однако я стоял на своем.
Хлопот у нас и без того хватало.
Край Света на плохом счету у Легиона, и небеспричинно.
Работа на станции скучна и опасна.
Треть нашего экипажа сменяется ежегодно, но остальные остаются на этом затерянном в пространстве астероиде.
Иной распорядок может стоить нам жизни всего экипажа.
Начальник станции, не выдержав нервного напряжения, совершил необычное самоубийство, умчавшись на спасательной ракете в самый центр пространства, называемого Край Света.
После его смерти мне пришлось взять на себя руководство, хотя назначение только сейчас пришло с пакетом капитана Скаббарда.
Я был очень молод, очень щепетильно относился к своим обязанностям.
С шестьюдесятью сотрудниками и двумя вольнонаемными я противостоял опасности, которой никто из нас не понимал.
Достаточно пожилые, чтобы быть циниками, большинство моих людей не сомневалось, что Легион забыл о Крае Света.
Они были жестоко разочарованы, узнав, что «Эревон» не привез нам пополнения, а также смены тем, кто уже давно отслужил свой срок.
Я готовился к неприятностям, но не нарывался на них.
— У вас контракт с Легионом, — напомнил я капитану Скаббарду.
— Это означает, что вы обязаны исполнять мои приказы.
Край Света — не место для туристов, и мне не нужны проблемы вроде тех, о которых вы мне сообщили.
Ваши туристы должны убедить меня, что их привело сюда не праздное любопытство.
Он мрачно согласился.
Когда он позвал их в шлюз станции, первое, что бросилось в глаза, — поразительная неряшливость старого солдата.
Кроме формы, на нем был желтый цивильный свитер и бесформенные штаны. Одна штанина была заправлена в голенище башмака, другая выпростана.
Он был низок, толст, и в рассказ капитана Скаббарда было трудно поверить.