— Такие машины — счастье моей жизни.
Я тоже любил красивые машины.
Я провел несколько лет, надраивая огромное количество станционных механизмов и налаживая их.
В эту секунду Жиль Хабибула мне нравился.
Я постарался, чтобы голос мой звучал хмуро:
— Это не музей машин.
Если у вас есть причина для посещения станции, в чем она заключается?
— Мы задумали провести эксперимент.
— Рыбьи глаза смотрели то на меня, то на девушку.
— Смертельно важный эксперимент.
Хотя я и говорил, что нахожусь в отставке, Легион в срочном порядке попросил меня об очередной услуге.
Врачи Легиона по самое горло накачали меня лекарствами, чтобы я выполнил последнее в жизни поручение.
Наконец-то мы сдвинулись с места!
— Что это за поручение?
— Вы знаете, я очень стар.
— Детская голова печально качнулась.
— Я чувствую приближение страшной смерти — какая жалкая награда за все опасности, которым я подвергался, защищая драгоценную человеческую расу!
Однако я все же не утратил духа Легиона.
Я добровольно предложил отдать свои последние годы этому небывалому отчаянному эксперименту.
— Вот как?
— Лилит Адамс — моя сестра-сиделка.
— Он ласково посмотрел на нее и улыбнулся.
— Я — морская свинка для испытания новой сыворотки, которую создали в Легионе.
Результат её воздействия неизвестен, потому что никогда раньше она не проверялась.
Я чувствую, что проверка закончится моей смертью.
Он поежился и вздрогнул.
— Вот почему я прибыл на Край Света, — засопел он, — чтобы провести эти последние страшные годы среди любимых машин.
Чтобы погибнуть здесь, быть может, — драгоценная жертва славе Легиона и будущему человечества.
— Для чего предназначена сыворотка?
— Возраст!
Предполагается, что она даст мне иммунитет от кумулятивного биохимического старения.
Мы будем жить здесь, пока не обнаружим, что она действует так, как это говорили врачи.
В таком случае меня ждет бессмертие.
Это очень рискованная игра.
— Вы что, хотите жить вечно?
— Я делаю для этого все, что от меня зависит, сэр!
— Он сумрачно взглянул на меня.
— Я — ветеран Легиона и не забыл наших величественных традиций.
Я решил отдаться этому отчаянному эксперименту, не боясь самой смерти. Пусть даже мне придется участвовать в нем тысячу жалких лет!
Секунду я стоял молча, восхищаясь этим блефом.
Лилит Адамс мрачно взглянула на него и серьезно — на меня.
Я готов был улыбнуться, однако на её красивом лице не было и тени юмора.
— Боюсь, что вы избрали не самое удачное место для этого.
Никакая мифическая сыворотка не защитит вас от тех случайностей, которыми знаменит Край Света.
Я выполню приказ, разумеется, если командор Стар привезет его подтверждение до того, как отчалит «Эревон».
Но вы и сами увидите, что станция — не богадельня.
Среди нас нет человека, который не отдал бы месячного жалованья за полчаса солнца, ветра, моря и воды на Земле.
Почему бы вам не проверить эту сыворотку там?
— Я слишком устал от Земли, — покачал он розовой головой.
— Хватит с меня людей. Надоело. Они кричат, толпятся, врут, скандалят, убивают, воняют.