Выкрикнув это, мисс Эмили повернулась и поспешила прочь.
Мистер Пай смотрел ей вслед, и на его лице херувима застыла довольно странная гримаса.
Потом он снова обернулся ко мне и слегка покачал головой.
— Чувствительная душа.
Очаровательная старушка, не правда ли?
Настоящий музейный экспонат.
Знаете, она даже не принадлежит к своему поколению, она на поколение старше.
Мать у нее была женщиной с железным характером и семью свою держала на уровне 1870 года.
Я бы сказал, что они жили, словно под стеклянным колпаком.
Я всегда с удовольствием гляжу на так хорошо сохранившиеся памятники прошлого.
Мне не хотелось говорить о музейных экспонатах ни в прямом, ни в переносном смысле.
— А что вы на самом деле обо всем этом думаете? — спросил я.
— Что вы имеете в виду?
— Анонимные письма, убийство…
— Нашу местную волну преступности?
А вы что думаете?
— Я первый спросил, — возразил я с милой улыбкой.
Мистер Пай спокойно ответил:
— Как вы знаете, я изучаю разные отклонения от нормы.
Меня это занимает.
Люди, на которых это совсем непохоже, делают иногда фантастичнейшие вещи.
В данном случае я посоветовал бы полиции: изучайте характеры.
Перестаньте сравнивать почерки и изучать под микроскопом отпечатки пальцев.
Вместо этого следите, что человек делает со своими руками, какие у него мелкие привычки, как он ведет себя за едой, не случается ли ему рассмеяться без всякой причины.
Я поднял брови.
— Безумец?
— Псих, настоящий псих, — сказал Пай и добавил: — Но вы бы этого никогда не сказали.
— Кто?
Его глаза встретились с моими.
Он улыбался.
— Нет, нет, Бертон, это была бы диффамация.
Нельзя ко всей этой, неразберихе добавлять еще и диффамацию.
Мелкими, семенящими шажками он зашагал по улице.
Когда я стоял и глядел вслед мистеру Паю, двери церкви открылись и оттуда вышел преподобный Калеб Дейн Калтроп.
Он рассеянно улыбнулся мне:
— Доброе.., доброе утро, мистер.., э…
Я помог ему:
— Бертон.
— Конечно, конечно. Не думайте, что я вас не узнал — просто имя на минутку выскользнуло из памяти.
Чудесный сегодня день.
— Да, — ответил я коротко.
Он посмотрел на меня.
— Но что-то.., что-то случилось. Ах да, это бедное, несчастное дитя, служившее у Симмингтонов.
Честно говоря, просто не хочется верить, что в нашей среде есть убийца, мистер.., э-э… Бертон.
— Звучит, действительно, просто фантастически, — сказал я.
Он наклонился ко мне.
— Я узнал, что люди здесь получают анонимные письма.
Вы слыхали об этом?
К тому же я услышал и о других неприятностях.
— Слыхал.