— А вы бы хотели летать, Миген?
— Я?
— Миген удивилась.
— Господи, нет.
Меня бы укачало.
Мне и в поезде не по себе бывает.
Она помолчала, а потом спросила прямо, как это обычно делают только дети:
— Вы выздоровеете и будете снова летать или так уж и останетесь немного инвалидом?
— Доктор говорит, что все будет в полном порядке.
— Да, но что, если он из тех людей, которые привыкли обманывать?
— Не думаю.
Правду говоря, уверен, что он меня не обманывает.
Я ему верю.
— Это хорошо, а то столько людей врут, как нанятые.
На это неопровержимое утверждение я ничего не ответил.
— Я очень рада, — продолжала Миген каким-то безликим тоном.
— Я боялась, что вы выглядите таким мрачным, потому что вас на всю жизнь покалечило, но, если вы просто всегда такой — это совсем другое дело!
— Я вовсе не мрачный! — холодно ответил я.
— Нет, так нет, но сердитый — это уж точно.
— Это потому, что мне хочется поскорее выздороветь, а быстрее никак не получается.
— Так чего же сердиться?
Я засмеялся.
— Милая моя девочка, а вы разве никогда не выходите из себя, когда чего-то ждете?
Минуту Миген раздумывала, а потом ответила:
— Нет.
Чего ради?
Мне нечего ждать.
Все равно никогда ничего не случается.
Меня поразило и тронуло что-то страшно безнадежное, прозвучавшее в ее словах, и я мирно спросил:
— А чем вы вообще все время занимаетесь?
Она пожала плечами.
— А чем мне заниматься?
— Увлекаетесь чем-нибудь?
Занимаетесь спортом?
Есть у вас тут хоть пара друзей?
— К теннису или крикету у меня нет способностей.
Здесь в городке много девушек, но я их не люблю.
Они считают, что я просто ужасна.
— Глупости.
Чего ради им так думать?
Миген покачала головой.
Мы как раз выходили на Хай — стрит, и Миген охнула:
— Вон идет мисс Гриффит.
Ужасная женщина.
Непрерывно пристает, чтобы я вступила в герл — скауты.
А я не люблю скаутов.
Кому это надо рядиться в форму, маршировать по улицам в строю и носить нашивки за то, чему толком так и не научился?
Глупость все это.
В этом я был с Миген вполне согласен, но мисс Гриффит подошла к нам раньше, чем я успел высказать свое мнение вслух.
Сестра доктора, носившая довольно необычное имя Эме, обладала всеми теми свойствами характера, которых не хватало ее брату. Это была красивая, хотя и явно мужеподобная женщина с приятным, низким голосом.