— Привет, — крикнула она нам.
— Хорошая сегодня погода, верно?
А я как раз хотела встретить тебя, Миген.
Мне нужна твоя помощь — надписать адреса на письмах, которые рассылает Общество Консерваторов.
Миген что-то пробормотала в ответ и, взяв велосипед за руль, исчезла в толпе возле универмага.
— Странная девочка, — проговорила, глядя ей вслед, мисс Гриффит.
— Страшно ленива и бродит все время, как лунатичка.
Бедной миссис Симмингтон нелегко, должно быть, смотреть на это.
Я знаю, что она несколько раз пыталась привлечь Миген к чему-нибудь: стенографии, или кулинарии, или разведению ангорских кроликов.
Миген просто необходимо найти какой-то интерес к жизни.
Я подумал, что она, наверное, права, но чувствовал, что на месте Миген тоже твердо отвергал бы все уговоры и предложения Эме Гриффит просто потому, что меня бесила эта агрессивная баба.
— Я не признаю праздности, — продолжала миссис Гриффит.
— И уж во всяком случае у молодежи.
Дело не в том, что Миген не очень красивая или непривлекательная или еще что-нибудь в этом роде.
Мне иногда кажется, что у этой девушки не все дома.
Мать это, конечно, ужасно огорчает.
Отец, знаете ли, — она понизила голос, — у нее немногого стоил.
Боюсь, что дочь пошла в него.
Мать совсем извелась с нею Да, странных людей творит господь бог.
— К счастью, — ответил я.
Эме Гриффит бодро рассмеялась.
— Да, если бы все мы были слеплены из одного теста, хорошего было бы мало.
Только меня все равно огорчает, когда люди не берут от жизни всего, что могут.
Я сама люблю жизнь и хотела бы, чтобы ее любил каждый.
Мне, бывает, говорят: — Вам, должно быть, скучно целый год напролет жить в деревне?
— Что вы, — отвечаю я им, — нисколько.
У меня всегда полно работы, я всегда счастлива.
В деревне ведь каждый день что-нибудь да происходит.
Мне и времени-то не хватает — скауты, женский союз, разные выборы и общества, не говоря уж о том, что я забочусь об Оуэне.
В этот момент мисс Гриффит заметила на другой стороне улицы какую-то знакомую и, замахав рукой, побежала к ней, а я смог отправиться дальше по своим делам — в банк.
В целом у меня создалось впечатление, что мисс Гриффит чем-то напоминает небольшое землетрясение.
Я быстро уладил в банке все, что мне было нужно, и отправился в адвокатскую контору
«Гелбрайт, Гелбрайт и Симмингтон».
Не знаю — существовали ли там когда-нибудь какие-нибудь Гелбрайты, я лично никогда их не видел.
Меня провели в кабинет мистера Симмингтона, а котором все было пропитано несколько затхлым, но приятным запахом старинных адвокатских контор.
Множество папок с надписями: «Леди Хоуп», «Сэр Эверард Карр», «Наследство Вильяма Эйтсби — Хорса», фамилиями крупных землевладельцев — все это создавало атмосферу солидной фирмы, занимающейся делами сливок местного общества.
Когда я наблюдал за мистером Симмингтоном, склонившимся над моими бумагами, мне пришло в голову, что, если миссис Симмингтон обманулась в первом браке, то во втором-то уж она не рисковала ничем.
Ричард Симмингтон был воплощением спокойного достоинства, человеком, который и на мгновенье не вызовет в своей жене чувства страха или беспокойства.
Длинная шея с выступающим кадыком, бледное, как у мертвеца, лицо и длинный тонкий нос.
Несомненно, приятный человек, хороший муж и отец, но не из тех, кто может заставить сильнее застучать женское сердце.
Мистер Симмингтон разговорился.
Говорил он не спеша и ясно, проявляя немало здравого смысла и быстроты суждений.
Мы обо всем договорились, и я уже собрался уходить. Лишь мимоходом я заметил:
— По дороге в город я встретил вашу падчерицу.
Мгновенье мистер Симмингтон смотрел на меня, словно не понимая, о ком речь, а потом улыбнулся:
— О, да.., конечно… Миген.
Она уже.., гм.., некоторое время дома.., закончила школу.
Мы подумывали, как ей, чем ей заняться.., да, заняться.
Конечно, она еще довольно молода и не слишком развита для своего возраста.
Да, не слишком развита, как мне сказали.