Доктор говорит, что сам часто дает такие порошки своим пациентам.
Миген пошевелилась и что-то пробормотала.
Инспектор Нэш деликатно вышел из комнаты.
Миген открыла глаза.
— Джерри!
— Что, дорогая?
— Хорошо у меня получилось?
— Как будто занималась шантажом от самой колыбели.
Миген снова закрыла глаза и прошептала:
— Вчера вечером… я написала тебе… на случай, если бы… если бы что-то вышло не так.
Только я была уже очень сонная и не дописала.
Посмотри вон там.
Я подошел к письменному столу.
Неоконченное письмо лежало в маленькой потертой записной книжке Миген.
«Милый мой Джерри, — было там написано, — в школьной хрестоматии я читала сонет Шекспира, который начинается: Ты моим мыслям как пища голодному,
Как летний дождик сухой земле.
И вижу, что люблю — таки тебя, Потому что именно так я и чувствую…»
— Вот видите, — сказала миссис Калтроп, — как я была права, что пригласила все-таки знатока.
Я воззрился на нее.
Все мы сидели в доме священника.
Снаружи лило, как из ведра, а здесь в камине огонь; миссис Калтроп прошлась по комнате, взбила подушку, лежавшую на кушетке, а потом из каких-то только ей известных соображений положила ее на пианино.
— Что вы сделали? — спросил я удивленно.
— Какого еще знатока?
И что он, собственно, сделал?
— Это не был мужчина, — сказала миссис Калтроп и широким жестом показала на мисс Марпл.
Старушка уже довязывала ту штуку из белой шерсти и теперь принялась за что-то другое, столь же непонятное.
— Вот это и есть мой эксперт, — продолжала миссис Калтроп.
— Джейн Марпл.
Присмотритесь к ней получше.
Поверьте, она знает о разнообразных видах людской злобы больше, чем любой другой, кого я видела.
— Но, дорогая моя, надеюсь, ты это говоришь не всерьез, — вполголоса заметила мисс Марпл.
— Но это же правда.
— Когда человек все время живет в маленьком городке, ему приходится видеть разные стороны людских характеров, — спокойно проговорила мисс Марпл.
А потом, почувствовав, что этого все от нее ждут, она отложила спицы и своим нежным, мягким голоском прочитала нам лекцию об искусстве убийства.
— В таких случаях самое важное сохранить ясность мысли.
Понимаете, большинство преступлений до абсурдного просты.
Это тоже.
Хладнокровное, прямолинейное.., и вполне понятное.., хотя и крайне отвратительное.
— Что верно, то верно.
— Правда, по сути дела, все время лежала перед нами, как на ладони.
Вы знали это, не правда ли, мистер Бертон?
— Боюсь, что нет.
— Конечно, знали.
Вы же мне все объяснили.
Вы отлично видели взаимную связь событий, только недостаточно верили себе, чтобы понять то, что говорили ваши чувства.
Начнем с затасканной здесь до тошноты поговорки:
«Нет дыма без огня».
Она раздражала меня, но вы подошли к ней совершенно правильно и пришли к верному выводу: дымовая завеса.
Отвлекающий маневр.., все должны были ухватиться за ложный след — анонимные письма.., только соль в том, что по сути дела никаких анонимных писем не было.
— Но, дорогая мисс Марпл, могу вас уверить — они были.