— Итак, доктор Сэлдон, сколько людей вовлечено сейчас в проект, главой которого вы являетесь?
— Пятьдесят математиков.
— Включая доктора Гаала Дорника?
— Доктор Дорник — пятьдесят первый.
— О, значит их все же 51?
Подумайте хорошенько, доктор Сэлдон.
А может их 52 или 53?
Или еще больше?
— Доктор Дорник формально еще не зачислен в нашу группу.
Когда это произойдет, он будет 51-м.
Пока же нас 50, как я уже говорил.
— А вас, случайно, не сто тысяч?
— Математиков?
Нет.
— Я не о математиках.
Насчитывает ли ваш проект сто тысяч членов самых разных профессий?
— Если говорить о членах самых разных профессий, то цифра может быть верна.
— Может быть?
Я бы сказал, что она просто верна.
Я бы сказал, что количество людей, которые вовлечены в ваш проект, равняется 98 572.
— Если только с женщинами и детьми.
Прокурор повысил голос: — Я утверждаю, что в проекте участвует 98 572 человека.
Не выкручивайтесь.
— Я согласен с приведенными цифрами.
Прокурор сверился со своими заметками. — Давайте сейчас отложим этот вопрос и вернемся к тому, который мы уже обсуждали.
Не повторите ли вы, Сэлдон, ваши соображения относительно будущего Трантора?
— Я уже говорил и вновь повторяю, что от Трантора в течение 500 лет останутся одни руины.
— Вы не находите, что ваше утверждение просто нелояльно?
— Нет, сэр.
Научная правда выше любой лояльности и нелояльности.
— И вы утверждаете, что все это представляет научную истину?
— Уверен.
— На каком основании?
— На основании математической психоистории.
— Вы можете доказать, что ваши математические построения верны?
— Только другому математику.
Прокурор ехидно улыбнулся. — Значит, вы утверждаете, будто эта ваша истина настолько сложна, что находится вне понимания простого человека.
Мне кажется, любая истина должна быть менее загадочна и понятна всем.
— Она ясна очень многим.
Физика энергетического перехода, известная нам под названием «термодинамика», была ясна и достаточно правдива на протяжении всей истории человечества, начиная чуть ли не с мифических веков. И наверняка в этом зале присутствуют люди, которые не могут сконструировать даже парового двигателя, причем люди высокообразованные.
Сомневаюсь, что даже наши заслуженные члены Комитета…
Тут один из судей наклонился к прокурору и прошипел ему на ухо несколько слов, которых никто не расслышал.
Прокурор покраснел и перебил Сэлдона.
— Мы собрались здесь не для того, чтобы выслушивать такие речи, доктор Сэлдон.
Мы вас поняли.
Но разрешите заметить, что ваши действия направлены на подрыв доверия народа к императорскому правительству и что вы добиваетесь каких-то своих целей.
— Это не так.
— Вы не станете отрицать, что предсказание катастрофы через пятьсот лет вызовет смуту, беспокойство среди людей.
— Это верно.
— И что своим предсказанием вы просто надеялись спровоцировать народное восстание, чтобы затем возглавить его со своей стотысячной армией.