— Огромное достижение эта ваша Энциклопедия, Хардин.
Одно из самых великолепных свершений всего времени.
— Мы тоже так думаем, милорд, однако дело еще не завершено. — Ну, я уверен, тут нам бояться нечего.
Не сомневаюсь, что такие ученые завершат работу в срок.
И он кивнул головой Пиренну, который ответил восхищенным поклоном.
«Совсем как объяснение в любви», — подумал Хардин.
— Я не жаловался на отсутствие усилий, милорд, скорее на слишком большое усердие, правда, в другом вопросе, со стороны Анакреона…
— Ах да, конечно, — последовал небрежный взмах руки.
— Я только что прибыл оттуда.
Совершенно варварская планета.
Это страшно неудобно, что людям приходится жить здесь, на краю Галактики.
Нет самых элементарных удобств для приличного человека, никакого комфорта, просто-таки…
Хардин сухо перебил его:
— К сожалению, жители Анакреона имеют все, что им необходимо для того, чтобы воевать и вызывать разрушения.
— Верно, верно.
— Лорд Дорвин казался недовольным, оттого что его перебили на середине предложения.
— Но мы собрались здесь не для того, чтобы заниматься делами.
По крайней мере не сейчас.
Доктор Пиренн, не покажете ли вы мне свой второй том?
Будьте любезны.
Свет померк, и следующие полчаса Хардин мог находиться хоть на Анакреоне, потому что на него не обращали ни малейшего внимания.
Книга на экране мало что значила, да Хардин и не пытался вникнуть в ее смысл. Однако лорд Дорвин время от времени казался очень взволнованным.
Хардин заметил, что в минуты наивысшего возбуждения канцлер начисто переставал картавить.
Когда свет снова зажегся, Дорвин сказал:
— Прекрасно, просто прекрасно.
Вы, случайно, не интересуетесь археологией, Хардин?
— Что?
Хардин вздрогнул и переключился со своих мыслей на текущие события.
— Нет, милорд, не могу этого сказать.
Я психолог по образованию и политик по своему окончательному решению.
— Ах!
Несомненно, интересные науки.
Что касается меня, — тут он втянул в себя гигантскую дозу табака, — увлекаюсь археологией.
— Вот как?..
— Его светлость, — перебил Пиренн, — великий знаток в этой области.
— Возможно, возможно, — скромно ответил его светлость.
— Я проделал огромную работу в этой области и прочел массу научных книг: всего Джадина, Обиджази, Кромвилла… Всех их, знаете ли.
— Я, конечно, слышал об этих авторах, — ответил Хардин, — но никогда не читал.
— А стоит, мой дорогой друг.
Знания не пропадают.
Я был приятно поражен, когда нашел здесь, на периферии, копию Ламета.
Поверите ли, в моей библиотеке эта копия начисто отсутствует.
Кстати, доктор Пиренн, вы не забыли своего обещания сделать для меня копию?
— Буду только рад.
— Ламет, знаете ли, — продолжал канцлер торжественно, — рассматривает новый и крайне важный объект, который дополняет имеющиеся у меня знания по
«Вопросу происхождения».
— Что это такое? — поинтересовался Хардин.
— Вопрос происхождения?
Место происхождения человеческой расы, знаете ли.
Ведь считают, что человеческая раса когда-то занимала только одну планетную систему.