Венус подбежал к трону, все еще стоявшему у окна, и вытащил оттуда бледного, забившегося в угол Лепольда. Дядюшка встряхнул короля и поставил его на ноги.
— Пойдем со мной.
Венус посмотрел в окно.
В городе было темным-темно.
Снизу раздавались хриплые беспорядочные крики толпы.
Только справа, где стоял храм, еще сверкала иллюминация.
Он злобно выругался и потащил короля за собой.
Принц ворвался в свои покои, молча таща за собой короля, в сопровождении пяти охранников.
— Хардин, — завопил он. — Вы играете с огнем, о который сами рискуете обжечься.
Хардин не обратил на него ни малейшего внимания.
Окруженный светом карманной атомной лампочки, он продолжал спокойно сидеть в кресле, и на лице его блуждала улыбка.
— Добрый вечер, ваше величество, — улыбнулся мэр Леопольду.
— Я поздравляю вас с коронацией.
— Хардин! — вновь вскричал Венус. — Прикажите своим жрецам вновь вернуться в храмы.
Хардин холодно взглянул на него.
— Приказывайте им вы, Венус, и тогда мы посмотрим, кто из нас играет с огнем, о который можно обжечься.
В настоящий момент на Анакреоне не вертится ни одно колесо, не горит ни одна лампочка, кроме как в храмах.
На планете не работает ни один отопительный прибор, кроме как в храмах.
Больницы не принимают пациентов, энергостанции закрылись.
Все воздушные аппараты приземлены.
Если вам это не нравится, Венус, вы и прикажите жрецам вернуться на свои места.
Что же касается меня, то я этого не хочу.
— Клянусь Космосом, Хардин, я прикажу!
Если дело идет к развязке, да будет так!
Посмотрим, смогут ли ваши жрецы противостоять армии.
Сегодня ночью каждый храм на планете перейдет в военное ведомство.
— Прекрасно! Но как вы собираетесь отдавать приказы?
Каждая линия коммуникации на планете прервана.
Вы убедитесь сами, что радио не будет работать, равно как телефоны и телевизоры.
Честно говоря, единственный аппарат на планете, который будет функционировать, не считая тех, что в храмах, конечно, — это телевизор, находящийся в этой комнате, и то он настроен только на прием.
Венус тщетно боролся со своим прерывистым дыханием, Хардин же продолжал:
— Если хотите, можете приказать своей армии захватить Арголидский храм, рядом с дворцом, а затем использовать ультракоротковолновые передатчики, имеющиеся там, чтобы наладить контакт с другими частями планеты.
Но если вы это попытаетесь сделать, то, боюсь, ваша армия будет разорвана на кусочки толпой, и кто же тогда защитит дворец и ваши жизни, Венус?
С трудом дыша, тот ответил:
— Мы еще можем бороться, дьявол.
Мы продержимся день, а когда прибудут новости, что Основание завоевано, толпа поймет, на какой пустоте была построена ваша религия, и покинет своих священников, ополчившись против них.
Я даю вам время до полудня, Хардин, потому что вы можете остановить все машины на моей планете, но не сможете остановить мой флот.
Венус говорил все более возбужденным, ломающимся от волнения голосом:
— Они уже в пути, Хардин, а во главе — тот самый крейсер, который вы так любезно согласились нам отремонтировать.
— Да, — легко ответил ему Хардин. — Крейсер, который я сам приказал починить… но так, как мне этого хотелось.
Скажите мне, Венус, вы когда-нибудь слышали об ультракоротковолновом реле?
Нет, вижу, что не слышали.
Что ж, минут через пять вы сами увидите его в действии…
Пока он говорил, экран телевизора внезапно зажегся, и Хардин поправил себя:
— Нет, через две секунды.
Садитесь, Венус, и слушайте…
Тео Апорат считался на Анакреоне священником самого высокого ранга.
Благодаря этому статусу его назначили Главным Жрецом на космолете «Венус».
Но дело было не только в ранге.
Тео принимал участие в ремонте космолета под руководством людей Основания.