- Мне что-то не хочется, - проворчал Морган.
- Я как вспомнил о Флинте, у меня сразу пропал аппетит.
- Да, сын мой, счастье твое, что он умер, - сказал Сильвер.
- И рожа у него была, как у дьявола! - воскликнул третий пират, содрогаясь. - Вся синяя-синяя!
- Это от рома, - добавил Мерри.
- Синяя!
Еще бы не синяя!
От рома посинеешь, это верно.
Вид скелета и воспоминание о Флинте так подействовали на этих людей, что они стали разговаривать все тише и тише и дошли наконец до еле слышного шепота, почти не нарушавшего лесной тишины.
И вдруг из ближайшей рощи чей-то тонкий, резкий, пронзительный голос затянул хорошо знакомую песню:
Пятнадцать человек на сундук мертвеца. Йо-хо-хо, и бутылка рому!
Смертельный ужас охватил пиратов.
У всех шестерых лица сделались сразу зелеными. Одни вскочили на ноги, другие судорожно схватились друг за друга. Морган упал на землю и пополз, как змея.
- Это Флинт! - воскликнул Мерри.
Песня оборвалась так же резко, как началась, будто на середине ноты певцу сразу зажали рот.
День был солнечный и ясный, голос поющего - резкий и звонкий, и я не мог понять испуга своих спутников.
- Вперед! - сказал Сильвер, еле шевеля серыми, как пепел, губами.
- Этак ничего у нас не выйдет.
Конечно, все это очень чудно, и я не знаю, кто это там куролесит, но уверен, что это не покойник, а живой человек.
Пока он говорил, к нему вернулось мужество, и лицо его чуть-чуть порозовело.
Остальные тоже под влиянием его слов ободрились и как будто пришли в себя. И вдруг вдали опять раздался тот же голос. Но теперь он не пел, а кричал словно откуда-то издали, и его крик тихо пронесся невнятным эхом по расселинам Подзорной Трубы.
- Дарби Мак-Гроу! - вопил он. - Дарби Мак-Гроу!
Так он повторял без конца, затем выкрикнул непристойную ругань и завыл:
- Дарби, подай мне рому!
Разбойники приросли к земле, и глаза их чуть не вылезли на лоб.
Голос давно уже замер, а они все еще стояли как вкопанные и молча глядели вперед.
- Дело ясное, - молвил один.
- Надо удирать.
- Это были его последние слова! - простонал Морган. - Последние слова перед смертью.
Дик достал свою Библию и начал усердно молиться.
Прежде чем уйти в море и стать бандитом, он воспитывался в набожной семье.
Один Сильвер не сдался.
Зубы его стучали от страха, но он и слышать не хотел об отступлении.
- На этом острове никто, кроме нас, даже и не слышал о Дарби, - бормотал он растерянно. - Никто, кроме нас...
- Потом взял себя в руки и крикнул: - Послушайте!
Я пришел сюда, чтобы вырыть клад, и никто - ни человек, ни дьявол - не остановит меня.
Я не боялся Флинта, когда он был живой, и, черт его возьми, не испугаюсь мертвого.
В четверти мили от нас лежат семьсот тысяч фунтов стерлингов.
Неужели хоть один джентльмен удачи способен повернуться кормой перед такой кучей денег из-за какого-то синерожего пьяницы, да к тому же еще и дохлого?
Но его слова не вернули разбойникам мужества. Напротив, непочтительное отношение к призраку только усилило их панический ужас.
- Молчи, Джон! - сказал Мерри.
- Не оскорбляй привидение.
Остальные были до такой степени скованы страхом, что не могли произнести ни слова.
У них даже не хватало смелости разбежаться в разные стороны. Страх заставлял их тесниться друг к другу, поближе к Сильверу, потому что он был храбрее их всех.
А ему уже удалось до известной степени освободиться от страха.
- По-вашему, это привидение?
Может быть, и так, - сказал он.
- Но меня смущает одно.
Мы все явственно слышали эхо.
А скажите, видал ли кто-нибудь, чтобы у привидений была тень? Если не может быть тени, значит, нет и эха.