Вначале сестры приняли "эту девку" и ухаживали за ней с брезгливым чувством.
Кто видел барельефы в Реймском соборе, тот помнит, как презрительно оттопырены губы дев мудрых, взирающих на дев неразумных.
Это извечное презрение весталок к блудницам вытекает из чувства женского достоинства. Сестры оказались во власти этого глубочайшего инстинкта, еще усиленного в них набожностью.
Однако Фантина очень быстро обезоружила их.
Все ее слова были проникнуты кротостью и смирением, страстная материнская любовь невольно смягчала сердце.
Однажды сестры услышали, как она громко бредила в жару:
- Я была грешницей, но когда ко мне вернется мое дитя, это будет означать, что бог простил меня.
Пока я вела дурную жизнь, мне не хотелось, чтобы моя Козетта была со мной, я не могла бы вынести ее удивленного и грустного взгляда.
Но ведь я грешила ради нее, вот почему бог прощает меня.
Когда Козетта будет здесь, я почувствую на себе благословение божие.
Я взгляну на нее, и при виде этого невинного создания мне станет легче.
Она ничего еще не знает.
Понимаете, сестрицы? Ведь это ангел.
Пока они такие маленькие, крылышки у них не отпадают.
Мадлен навещал ее два раза в день, и всякий раз она спрашивала его:
- Скоро я увижу мою Козетту?
Он отвечал:
- Возможно, что завтра утром.
Я жду ее приезда с минуты на минуту.
Бледное лицо матери сияло.
- О, как я буду счастлива! - говорила она.
Мы уже сказали, что она не поправлялась.
Напротив, состояние ее как будто ухудшалось с каждой неделей.
Этот ком снега, попавший ей на голую спину между лопаток, вызвал внезапное исчезновение испарины, и болезнь, назревавшая в ней в течение нескольких лет, вдруг разразилась с необычайной силой.
В то время при исследовании и лечении грудных болезней уже начинали руководствоваться полезными советами Лаэнека.
Врач выслушал Фантину и покачал головой
Мадлен спросил врача:
- Ну как?
- У нее, кажется, есть ребенок, которого она хочет видеть? - вопросом на вопрос ответил врач.
- Да
- Так поторопитесь с его приездом.
Мадлен вздрогнул.
Фантина спросила у него:
- Что сказал врач?
Сделав над собой усилие, Мадлен улыбнулся.
- Он сказал, что надо поскорее послать за вашим ребенком и что это вылечит вас.
- О да! -воскликнула она. -Он прав.
Почему только Тенардье так долго держат у себя мою Козетту?
Но она приедет.
О, наконец-то счастье близко, оно тут, я уже вижу его!
Тенардье, однако, "не выпускал ребенка из рук" и все увиливал.
То Козетта не совсем здорова и нельзя ей пускаться в путь зимой То ему надо получить в деревне мелкие просроченные долги и т. д., и т. д.
- Я пошлю кого-нибудь за Козеттой, - сказал Мадлен - А если понадобится, поеду сам.
Под диктовку Фантины он написал следующее письмо, которое дал ей подписать:
"Господин Тенардье!
Отдайте Козетту подателю сего письма.
Все мелкие расходы будут вам оплачены.
Остаюсь уважающая вас
Фантина".
Тем временем произошло важное событие.