- Видите ли, утром, когда она проснется, я смогу сразу поздороваться с моим бедным котенком, а ночью я буду слушать, как она спит, - ведь я-то все равно не сплю по ночам. Мне так приятно будет прислушиваться к нежному дыханию моей крошки!
- Дайте руку, - сказал врач.
Она протянула руку и вскричала со смехом:
- Ах да! Ведь и правда, вы еще не знаете! Я выздоровела. Завтра приезжает Козетта.
Врач был поражен. Ей в самом деле было лучше. Одышка уменьшилась. Пульс стал полнее. Внезапный прилив жизненных сил воскресил это жалкое, истощенное тело.
- Господин доктор! - продолжала она. - Вам сказала сестрица, что господин мэр уехал за моим сокровищем?
Врач запретил ей разговаривать и велел окружающим оберегать ее от каких бы то ни было тяжелых впечатлений. Он прописал ей хинную настойку без всякой примеси и успокоительное питье, на случай если бы лихорадка возобновилась ночью.
Уходя, он сказал сестре:
- Ей лучше. Если бы, на счастье, господин мэр действительно приехал завтра с ее ребенком -как знать? - бывают иногда такие изумительные переломы; известны случаи, когда сильная радость останавливала развитие болезни. Правда, тут заболевание органическое и очень запущенное, но в человеческих недугах так много загадочного! Быть может, мы еще и спасем ее.
Глава седьмая ПРИЕЗЖИЙ ОБЕСПЕЧИВАЕТ СЕБЕ ОБРАТНЫЙ ПУТЬ
Было около восьми часов вечера, когда оставленная нами в дороге двуколка въехала в ворота почтовой гостиницы в Аррасе. Из нее вышел человек, которого мы сопровождали вплоть до этого момента; отослав пристяжную лошадь и рассеянно отвечая на вопросы услужливой гостиничной прислуги, он сам отвел в конюшню свою белую лошадку; затем он вошел в бильярдную, находившуюся в нижнем этаже, и уселся, облокотившись на стол. Он потратил четырнадцать часов на поездку, которую рассчитывал проделать за шесть. Ему не в чем было себя упрекнутьздесь не было его вины. И в глубине души он не досадовал на это.
Вышла хозяйка гостиницы.
- Изволите переночевать, сударь?
Изволите поужинать?
Он отрицательно покачал головой.
- А конюх говорит, что ваша лошадь очень устала.
При этих словах он нарушил молчание.
- Вы думаете, что ей не под силу будет пуститься в обратный путь завтра утром?
- Помилуйте, сударь! Ей надо отдыхать по крайней мере двое суток.
Он спросил:
- Кажется, здесь помещается почтовая станция?
- Да, сударь.
Хозяйка проводила его в контору, он показал свой паспорт и справился, есть ли возможность сегодня же ночью вернуться в Монрейль -Приморский с почтовой каретой; место рядом с почтарем оказалось еще не занятым; он оставил его за собой и заплатил за него.
- Только не опаздывайте, сударь, - сказал конторщик, - карета отправляется ровно в час ночи.
Покончив с этим делом, путник вышел из гостиницы и пошел по городу.
Он совсем не знал Арраса; улицы были малолюдны; он шел наугад. Однако он почему-то упорно не спрашивал дорогу у прохожих.
Перейдя мост через речку Креншон, он очутился в таком лабиринте узеньких улиц, что совсем запутался.
По дороге шел горожанин с большим фонарем.
После некоторого колебания путник решился обратиться к этому человеку, но предварительно оглянулся по сторонам, словно опасаясь, как бы кто-нибудь не услышал, о чем он будет спрашивать.
- Сударь! - сказал он. - Скажите, пожалуйста, где находится здание суда?
- Вы, должно быть, нездешний, сударь, -ответил прохожий, уже почти старик, - пойдемте со мной.
Я как раз иду в ту сторону, где находится суд, то есть, собственно говоря, где находится префектура, - здание суда сейчас ремонтируется и судебные заседания происходят в префектуре.
- И суд присяжных тоже заседает там? - спросил он.
- Конечно. Видите ли, сударь, нынешнее здание префектуры было до революции епископским дворцом.
Монсеньор де Конзье, который был епископом в восемьдесят втором году, выстроил там большую залу.
В этой-то зале и заседает суд.
Дорогой старик сказал ему:
- Если вы, сударь, хотите присутствовать на каком-нибудь процессе, то сейчас поздновато.
Обычно заседания кончаются в шесть часов.
Однако, когда они вышли на широкую площадь, старик показал ему на четыре высоких освещенных окна, выделявшихся на темном фасаде огромного здания.
- Право, сударь, вам везет, вы не опоздали.
Видите эти четыре окна?
Это и есть судебная зала.
Там светло. Значит, еще не все кончено.
Очевидно, дело затянулось и назначено вечернее заседание.
А что, вас интересует это дело?
Должно быть, уголовный процесс?
Вас вызвали в качестве свидетеля?
Он ответил:
- Я приехал не ради какого-либо дела. Просто мне надо повидать одного адвоката.