- Целый день?
Девочка подняла свои большие глаза, в которых угадывались слезы, скрытые ночным мраком, и кротко ответила:
- Да, сударь.
Помолчав, Козетта добавила:
- Иногда, когда я кончу работу и когда мне позволят, я тоже могу поиграть.
- Как же ты играешь?
- Как могу.
Мне не мешают. Но у меня мало игрушек.
Понина и Зельма не хотят, чтобы я играла в их куклы.
У меня есть только оловянная сабелька, вот такая.
Девочка показала мизинчик.
- Ею ничего нельзя резать?
- Можно, сударь, - ответила девочка, - например, салат и головы мухам.
Они дошли до села; Козетта повела незнакомца по улицам.
Они прошли мимо булочной, но Козетта не вспомнила о хлебе, который должна была принести.
Человек перестал расспрашивать ее - теперь он хранил мрачное молчание.
Когда они миновали церковь, незнакомец, видя все эти разбитые под открытым небом лавчонки, спросил:
- Тут что же, ярмарка?
- Нет, сударь, это Рождество.
Когда они подходили к постоялому двору, Козетта робко дотронулась до его руки.
- Сударь!
- Да, дитя мое?
- Вот мы уже совсем близко от дома.
- И что же?
- Можно мне теперь взять у вас ведро?
- Зачем?
- Если хозяйка увидит, что мне помогли его донести, она меня прибьет.
Человек отдал ей ведро.
Минуту спустя они были у дверей харчевни.
Глава восьмая. О ТОМ, КАК НЕПРИЯТНО ВПУСКАТЬ В ДОМ БЕДНЯКА, КОТОРЫЙ МОЖЕТ ОКАЗАТЬСЯ БОГАЧОМ
Козетта не могла удержаться, чтобы украдкой не взглянуть на большую куклу, все еще красовавшуюся в витрине игрушечной лавки, затем постучала в дверь.
На пороге показалась трактирщица со свечой в руке.
- А, это ты, бродяжка! Наконец-то! Куда это ты запропастилась?
По сторонам глазела, срамница!
- Сударыня! -задрожав, сказала Козетта. - Этот господин хочет переночевать у нас.
Угрюмое выражение на лице тетки Тенардье быстро сменилось любезной гримасой, - это мгновенное превращение свойственно кабатчикам. Она жадно всматривалась в темноту, чтобы разглядеть вновь прибывшего.
- Это вы, сударь?
- Да, сударыня, - ответил человек, дотронувшись рукой до шляпы.
Богатые путешественники не бывают столь вежливы.
Этот жест, а также беглый осмотр одежды н багажа путешественника, который произвела хозяйка, заставили исчезнуть ее любезную гримасу, сменившуюся прежним угрюмым выражением.
- Входите, милейший, - сухо сказала г-жа Тенардье.
"Милейший" вошел.
Тенардье вторично окинула его взглядом, уделив особое внимание его изрядно потертому сюртуку и слегка помятой шляпе, потом, кивнув в его сторону головой, сморщила нос и, подмигнув, вопросительно взглянула на мужа, продолжавшего бражничать с возчиками.
Супруг ответил незаметным движением указательного пальца, одновременно оттопырив губы, что в таких случаях означало у него: "Голь перекатная".
- Ах, любезный! -воскликнула трактирщица.
- Мне очень жаль, но у меня нет ни одной свободной комнаты.
- Поместите меня, куда вам будет угодно -на чердак, в конюшню.
Я заплачу, как за отдельную комнату, -сказал путник.
- Сорок су.
- Сорок су? Ну что ж!