Мадмуазель Жильнорман подняла нос; перед ней стоял, приветствуя ее по всем правилам воинского устава, поручик Теодюль.
Она вскрикнула от радости.
Можно быть старухой, недотрогой, богомолкой, тетушкой и все-таки испытывать удовольствие, видя у себя в комнате улана.
- Ты здесь, Теодюль! - воскликнула она.
- Проездом, тетушка.
- Поцелуй же меня!
- Рад стараться! - отвечал Теодюль и расцеловался с ней.
Тетушка Жильнорман подошла к секретеру и открыла его.
- Ну, уж недельку-то ты у нас погостишь?
- Уезжаю нынче же вечером, тетушка.
- Не может быть!
- Совершенно точно.
- Теодюль, дружок, прошу тебя, останься!
- Сердце говорит "да", а устав - "нет".
Дело в следующем.
Нас переводят в другой гарнизон. Мы стояли в Мелуне, а нас посылают в Гайон.
Из старого гарнизона в новый надо ехать через Париж.
Я и сказал себе:
"Дай-ка повидаюсь с тетушкой".
- Вот тебе за труды.
Она вложила ему в руку десять луидоров.
- Вы хотите сказать, за удовольствие, дорогая тетушка.
Теодюль опять поцеловал ее, и она испытала приятное ощущение, когда галуны его мундира царапнули ей шею.
- Ты едешь с полком, на коне? - спросила она.
- Нет, тетушка.
Мне хотелось во что бы то ни стало повидать вас.
Я получил разрешение.
Денщик ведет мою лошадь, а я еду в дилижансе.
Да, кстати, у меня к вам вопрос.
- Что такое?
- Разве мой кузен Мариус Понмерси тоже куда-то уезжает?
- Откуда ты знаешь? -воскликнула тетушка; ее любопытство было возбуждено.
- По приезде я пошел в контору дилижансов, чтобы оставить за собою место в карете.
- И что же?
- Оказалось, что один из пассажиров уже приходил и оставил себе место на империале.
Я видел в списке отъезжающих имя этого пассажира.
- Кто же это?
- Мариус Понмерси.
- Дрянной мальчишка! - возмутилась тетка. -Нет, твоему кузену далеко до тебя, он совсем не паинька.
Смотрите, что он затеял - ночевать в дилижансе!
- Как и я.
- Но ты это делаешь по обязанности, а он по своему беспутству.
- Бездельник! - бросил Теодюль.
И тут мадмуазель Жильнорман -старшую осенило.
Будь она мужчиной, она, наверно, хлопнула бы себя по лбу.
- Твой кузен знает тебя? - живо спросила она.
- Нет.
Я-то его видел, а он ни разу не удостоил меня вниманием.
- Значит, вы поедете вместе?
- Он - на империале, я - внутри кареты.