Бери пример с меня, сынок.
Я не люблю роскоши.
Я никогда не украшал своего платья ни золотом, ни дорогими побрякушками: я предоставляю этот фальшивый блеск людям низкого умственного уровня.
Неясные крики, доносившиеся со стороны рынка, вдруг усилились; им вторили удары колокола и гул толпы.
- Что это такое? - спросил мальчик.
- Это сатурналии, - отвечал отец.
Тут он заметил двух маленьких оборванцев, укрывшихся за зеленым домиком для лебедей.
- Ну вот, начинается! - проворчал он и, помолчав, добавил: - Анархия проникла даже в сад.
Сын между тем откусил кусочек плюшки, выплюнул и заревел.
- О чем ты плачешь? - спросил отец.
- Мне больше не хочется есть, - ответил ребенок.
Отец еще шире оскалил зубы:
- Вовсе не надо быть голодным, чтобы скушать булочку.
- Мне надоела булка.
Она черствая.
- Ты больше не хочешь?
- Не хочу.
Отец показал ему на лебедей.
- Брось ее этим перепончатолапым.
Ребенок заколебался.
Если не хочется булочки, это еще не резон отдавать ее другим.
- Будь же гуманным.
Надо жалеть животных.
Взяв у сына плюшку, он бросил ее в бассейн.
Плюшка упала довольно близко от берега.
Лебеди плавали далеко, на середине бассейна, и искали в воде добычу.
Поглощенные этим, они не замечали ни буржуа, ни сдобной булки.
Видя, что плюшка вот-вот потонет, и беспокоясь, что даром пропадает добро, буржуа принялся отчаянно жестикулировать, чем привлек в конце концов внимание лебедей.
Они заметили, что на поверхности воды что-то плавает, повернулись другим бортом, точно корабли, и медленно направились к плюшке с безмятежным и величавым видом, который так подходит к белоснежному оперению этих птиц.
- Увидали морские сигналы и поплыли на всех парусах, - сказал буржуа, очень довольный собой.
В эту минуту отдаленный городской шум внезапно усилился.
На этот раз он стал угрожающим.
Случается, что порыв ветра доносит звуки особенно явственно.
Ветер донес дробь барабана, вопли, ружейные залпы, которым угрюмо вторили набатный колокол и пушки.
Тут же появилась темная туча, неожиданно закрывшая солнце.
Лебеди еще не успели доплыть до плюшки.
- Пойдем домой, -сказал отец, -там атакуют Тюильри.
Он схватил сына за руку.
- От Тюильри до Люксембурга, - продолжал он, -расстояние не больше, чем от короля до пэра; это недалеко.
Скоро выстрелы посыплются градом.
Он взглянул на небо.
- А может, и туча разразится градом; само небо вмешалось в борьбу, младшая ветвь Бурбонов обречена на гибель.
Идем скорей.
- Мне хочется посмотреть, как лебеди будут есть булочку, - захныкал ребенок.
- Нет, - возразил отец - это было бы неблагоразумно.
И он увел маленького буржуа.
Неохотно покидая лебедей, сын оглядывался на бассейн до тех пор, пока не скрылся за поворотом аллеи, обсаженной деревьями.
Между тем двое маленьких бродяг одновременно с лебедями приблизились к плюшке, которая колыхалась на воде.
Младший смотрел на булочку, старший следил за удаляющимся буржуа.
Отец с сыном вступили в лабиринт аллей, ведущих к большой лестнице в роще, возле улицы Принцессы.