Мертвецы не подвластны полицейскому надзору.
Им предоставляют мирно гнить в могиле.
Смерть - это то же, что помилование.
Высвободив свою руку из пальцев Мариуса, он присовокупил с каким-то непоколебимым достоинством:
- К тому же и у меня есть друг, к чьей помощи я прибегаю, -это выполнение долга. И лишь в одном помиловании я нуждаюсь - в том, какое может даровать мне моя совесть.
Тут в другом конце гостиной тихонько приотворилась дверь, и между ее полуоткрытых створок показалась головка Козетты.
Видно было только ее милое лицо; волосы ее рассыпались в очаровательном беспорядке, веки слегка припухли от сна.
Словно птичка, высунувшая головку из гнезда, она окинула взглядом мужа, потом Жана Вальжана и крикнула, смеясь, - казалось, роза расцвела улыбкой:
- Держу пари, что вы говорите о политике.
Как глупо этим заниматься, вместо того чтобы быть со мной!
Жан Вальжан вздрогнул.
- Козетта!... -пролепетал Мариус.
И замолк.
Могло показаться, что оба они в чем-то виноваты.
Козетта, сияя от удовольствия, продолжала глядеть на обоих.
В глазах ее словно играли отсветы рая.
- Я поймала вас на месте преступления, - заявила Козетта.
- Я только что слышала за дверью, как мой отец Фошлеван говорил:
"Совесть... Выполнить свой долг", -это о политике, ведь так?
Я не хочу.
Нельзя говорить о политике сразу, на другой же день.
Это нехорошо.
- Ты ошибаешься, Козетта. - возразил Мариус.
- У нас деловой разговор.
Мы говорим о том, как выгоднее поместить твои шестьсот тысяч франков...
- Не в этом дело, - перебила его Козетта.
- Я пришла.
Хотят меня здесь видеть?
Решительно шагнув вперед, она вошла в гостиную.
На ней был широкий белый пеньюар с длинными рукавами, спадавший множеством складок от шеи до пят.
На золотых небесах старинных средневековых картин можно увидеть эти восхитительные хламиды, окутывающие ангелов.
Она оглядела себя с головы до ног в большом зеркале и воскликнула в порыве невыразимого восторга:
- Жили на свете король и королева!
О, как я рада!
Она сделала реверанс Мариусу и Жану Вальжану.
- Ну вот, - сказала она, - теперь я пристроюсь возле вас в кресле, завтрак через полчаса, вы будете разговаривать, о чем хотите; я знаю, мужчинам надо поговорить, и я буду сидеть смирно.
Мариус взял ее за руку и сказал голосом влюбленного:
- У нас деловой разговор.
- Знаете, - снова заговорила Козетта, - я растворила окно, сейчас в наш сад налетела туча смешных крикунов.
Не карнавальных, а просто воробьев.
Сегодня покаянная среда, а у них все еще масленица. - Малютка Козетта! Мы говорим о делах, оставь нас ненадолго.
Мы говорим о цифрах.
Тебе это наскучит.
- Ты сегодня надел прелестный галстук, Мариус.
Вы большой франт, милостивый государь.
Нет, мне не будет скучно.
- Уверяю тебя, что ты соскучишься.
- Нет Потому что это вы.
Я не пойму вас, но я буду вас слушать.
Когда слышишь любимые голоса, нет нужды понимать слова.