В ящике комода лежит пятисотфранковый билет.
Я его не трогал.
Это для бедных.
Козетта! Видишь свое платьице вон там, на постели? Ты узнаешь его?
А с тех пор прошло только десять лет.
Как быстро летит время!
Мы были так счастливы!
Все кончено.
Не плачьте, дети, я ухожу не так уж далеко, я вас увижу оттуда. А ночью, вы только вглядитесь в темноту -и вы увидите, как я вам улыбаюсь.
Козетта! А ты помнишь Монфермейль?
Тебя послали в лес, и ты очень боялась; помнишь, как я поднял за дужку ведро с водой?
Тогда я в первый раз дотронулся до бедной твоей ручонки.
Она была такая холодная!
Ах, барышня, какие красные ручки были у вас тогда и какие беленькие теперь!
А большая кукла! Помнишь ее?
Ты назвала ее Катериной.
Ты так жалела, что не могла взять ее с собой в монастырь!
Как часто ты смешила меня, милый мой ангел!
После дождя ты пускала по воде соломинки и смотрела, как они уплывают.
Однажды я подарил тебе ракетку из ивовых прутьев и волан с желтыми, синими и зелеными перышками.
Ты, верно, позабыла это.
Маленькой ты была такая резвушка!
Ты любила играть.
Ты привешивала к ушам вишни.
И все это кануло в прошлое.
И лес, где я проходил со своей девочкой, и деревья, под которыми мы гуляли, и монастырь, где мы скрывались, и игры, и веселый детский смех - все стало тенью.
А я воображал, что все это принадлежит мне.
Вот в чем моя глупость.
Тенардье были злые люди.
Надо им простить, Козетта!
Пришло время сказать тебе имя твоей матери.
Ее звали Фантина.
Запомни это имя: Фантина.
Становись на колени всякий раз, как будешь произносить его.
Она много страдала.
Она горячо любила тебя.
Она была настолько же несчастна, насколько ты счастлива.
Так положил господь бог.
Он там, в вышине, среди светил, он всех нас видит и знает, что творит.
Так вот, дети мои, я ухожу.
Любите друг друга всегда.
Любить друг друга - нет ничего на свете выше этого.
Думайте иногда о бедном старике, который умер здесь.
Козетта! Полно! Я не виноват, что все это время не видел тебя, это разбивало мне сердце; я доходил только до угла улицы, люди, должно быть, считали меня чудаком, я был похож на помешанного, один раз я даже вышел из дому без шапки.
Дети мои! У меня темнеет в глазах, мне надо было еще многое сказать вам, но все равно.
Вспоминайте обо мне иногда. Да будет на вас благословение божие! Не знаю, что со мной, я вижу свет.
Подойдите ближе.
Я умираю счастливим.
Дорогие, любимые, дайте возложить руки на ваши головы.
Козетта и Мариус, полные отчаяния, задыхаясь от слез, опустились на колени и припали к его рукам.