Люди уже не спали. Рабочий люд, расчетливые, трудолюбивые швейцарцы торопливо сновали по платформам, путешественники по двое, по трое приезжали и уезжали на поездах через этот большой вокзал на границе Швейцарии.
Но что это?
Кто это торопливо переходит платформу?
Силы небесные!
Группа из четырех человек, две женщины и двое сопровождающих их мужчин, с сумками и чемоданами – ошибки быть не могло.
Леди, так называемая миссис Блэр, бежала со всем своим багажом вместе не только с полковником, но и с вероломным Жюлем л’Эшелем.
Он перехитрил меня.
Последние сомнения отпали, когда я ринулся к двери купе и обнаружил, что она заперта.
Тогда я начал трезвонить в электрический звонок, но ответа так и не дождался. Открыв окно, я высунул голову и стал звать на помощь. Никто не откликнулся. Только двое ленивых носильщиков подошли поинтересоваться, что случилось, и, получив ответ, заявили, что это их не касается.
Мол, ключей у них нет, верно, произошла какая-то ошибка, проводник все объяснит, когда вернется, и мне нужно просто дождаться его.
Наконец вернулся Жюль. Неторопливой походочкой он подошел к поезду со стороны ресторана и, усмехаясь, остановился прямо под моим окном.
– Что случилось?
Заперты?
Не может быть!
Кто бы это мог сделать?
Я узнаю. – Говорил он медленно и невозмутимо.
– Нет, нет. Сначала выпустите меня.
У вас есть ключ.
Я сразу понял, что это ваших рук дело.
Я должен выйти, иначе они сбегут, – закричал я.
– Вполне может быть.
Я бы даже сказал, они наверняка уйдут.
Это была идея полковника. Лучше поговорите об этом с ним в следующий раз, когда увидитесь.
– Я думаю, этого не случится.
Он не собирается возвращаться.
– Ошибаетесь. Они вернутся до отправления поезда, можете не сомневаться. И вы сможете с ним поговорить.
После этого мы вас выпустим. – Этот предатель смеялся надо мной. – Да вот он идет.
Скоро поедем.
Тут я увидел, что последний шанс успешно выполнить мое задание исчез безвозвратно.
Я опять начал кричать и требовать, чтобы меня выпустили, но в ответ услышал лишь смех.
Работники вокзала хотели вмешаться, но Жюль ответил им вместо меня, красноречивым жестом показав им, что я пьян и что он сам займется мною.
Я упал духом.
Поезд уже начал отъезжать, когда, к моей неописуемой радости, я увидел Людовика Тайлера. Он вышел на платформу и, узнав меня, бросился бежать с криком: – Фальфани, Фальфани!
– Не думайте обо мне! – закричал я ему. – Я не могу выйти и поеду дальше.
Теперь вы принимаете ее.
Она в ресторане.
Узнать легко, она в длинном пальто, с горничной и ребенком.
Вон она, у двери стоит!
Уходите, не показывайте ей, что со мной разговариваете.
Она не должна знать, что мы действуем сообща. Надеюсь, она еще не заметила.
Уходите. Но держите меня в курсе. Телеграфируйте в Люцерн о своих действиях.
Вторую телеграмму шлите в Гешенен на телеграфную станцию, я получу или одну или обе.
Укажите, куда мне отвечать и где я смогу присоединиться к вам.
Глава VIII
Столь своевременное появление коллеги несколько смягчило для меня удар.
Сам я потерпел неудачу, но надеялся, что Людовик Тайлер под моим руководством подхватит след и продолжит мою работу.
Вскоре, после первых его указаний, я мог снова вступить в игру.
Пока что меня больше всего интересовало, не оказались ли появление Тайлера и наш с ним разговор замеченными другой стороной.
Если бы полковник узнал, что след его подруги взял кто-то другой, он бы наверняка сразу вышел из поезда, чтобы помочь ей.
Но он не вышел. Я ясно слышал, как он разговаривал с Жюлем в соседнем купе.