Меня не покидало ощущение, что она затеяла какую-то игру.
Чем больше я терзал свой мозг, пытаясь разобраться в ее намерениях, тем меньше их понимал.
Время шло, и я подумал, что будет благоразумно вернуться в свою гостиницу.
Миссис Блэр могла ускользнуть, воспользоваться каким-нибудь другим выходом, и я почувствовал, что наблюдение нужно переносить в «Корнавен», где она остановилась.
Фалуна я на всякий случай оставил на месте, сумев донести до него важность доверенного ему задания.
Очень скоро я возблагодарил судьбу за то, что решил это сделать.
Миссис Блэр не вернулась к тому времени, когда в «Корнавене» прозвенел звонок, созывающий постояльцев к table d’hote, но не успел я проглотить первую ложку супа, как в гостиницу влетел Фалун, возбужденный и разгоряченный, с ошеломительными новостями.
– Elle se sauve!
Она убегает! – закричал он. – Ее экипаж уже подъезжает к вокзалу… Она хочет сесть на поезд.
Я вскочил, выбежал из зала, схватил шляпу и помчался через площадь к вокзалу.
И я увидел ее.
Невозможно было не узнать ее высокую, грациозную фигуру в том же жемчужно-сером пальто, которое было на ней в трамвае.
Она прошла через открытые двери на платформу, где уже стоял поезд с паровозом.
– Отходит в 7:35. До Кюло и дальше через Амберье в Париж, – сообщили мне в кассе.
«Запутывает следы», – сразу понял я.
Ей все надоело, и она решила вернуться домой.
Еще минута или две, и я бы ее снова потерял.
Теперь оставалось одно: действовать быстро и решительно.
Я должен был поехать этим же поездом.
Нужно было как можно скорее купить билет и занять место. Вскоре это было сделано.
Я выбрал место недалеко от ее вагона и решил внимательно за всем наблюдать, по возможности не выдавая себя.
Перед самым отправлением на вырванном из записной книжки листке я написал короткое послание Фальфани о своем поспешном отбытии и его причинах.
Аккуратно сложив листок, я написал на нем адрес и вручил Фалуну, который должен был найти моего коллегу в гостинице «Корнавен», когда тот прибудет последним поездом из Брига.
Одновременно с этим я вручил ему солидную плату за труды, но попросил оказать помощь и Фальфани.
Больше леди я не видел.
Она не вышла ни в Бельгарде, когда проходил французский таможенный осмотр, ни в Кюло, и я, подумав, что она решила продолжить путешествие на север, задремал, но в Амберье ко мне прибежал проводник, которого я подкупил в начале поездки.
– Мсье, мсье, поторопитесь.
Мадам сошла и уже уходит с вокзала.
Похоже, идет в «Отель де Франс», сразу напротив.
И действительно, она шла в сторону гостиницы со всеми своими вещами. (Как же хорошо я их уже знал к этому времени!) С нею горничная с ребенком на руках и носильщик с багажом.
Я ускорил шаг, и мы вошли в гостиницу почти одновременно.
Нагнав ее, я не без внутреннего ликования поинтересовался:
– Не понравилось в Женеве?
Как-то вы слишком скоро уехали.
– К кому вы обращаетесь, сэр? – ответила она сдержанным, необычным голосом.
Сквозь ее густую вуаль лица рассмотреть я не мог, но это была ее фигура, ее одежда, ее осанка.
Передо мной стояла леди Блэкаддер, или, как она теперь себя называла, миссис Блэр.
– Ну уж нет, сударыня, – ответил я. – Вам меня не провести.
Я все знаю, вы у меня в руках, и я не позволю вам снова сбежать.
Я собирался провести ночь на ногах, наблюдая и выжидая, пока меня не сменят другие, которым я незамедлительно телеграфировал.
Глава XIV (Полковник Эннсли продолжает рассказ)
Свое повествование я прервал на том месте, где обещал помощь леди, с которой познакомился в Энгадинском экспрессе.
Обещание мое было безоговорочным, и, несмотря на то что в ее деле кое-что вызывало подозрение, я сознательно не обращал на это внимания.
Это была ее тайна, которую я должен был уважать. Я не сомневался, что рано или поздно она сама мне все расскажет.
В вагоне-ресторане, во время обеда, под наблюдением ее преследователя, мы и решили сбежать от него в Базеле.
Думаю, у нас это хорошо получилось.
(Здесь полковник пересказывает события, происходившие с ними между Базелем и Бригом, и, поскольку все это уже было описано Фальфани, приводить его рассказ нет необходимости. Можно только заметить, что Эннсли быстро обнаружил бегство сыщика у Гешенена и пустился в погоню, не теряя времени.)
Как можно было предполагать, добравшись до Брига, я увидел, как огорчился Фальфани, чему очень обрадовался.
Телеграмма, которую он получил, его так обескуражила, что он позволил мне взять ее из его рук и прочитать. Какой-то его друг, а скорее всего коллега, сообщал, что его задержали в Лозанне и что он упустил «ее», леди, несомненно.
Впрочем, на душе у меня было неспокойно, потому что, расставаясь в Базеле, мы договорились, что она поедет через Симплон, чтобы вернуться в этот самый Бриг, в котором я оказался столь неожиданно. Если бы все пошло по плану, я бы уже встретился с ней или получил бы от нее известие.