– Как смеете вы приходить сюда? – начал Бэзил Эннсли.
– Кто вы такой, чтобы останавливать меня?
Я пришел для того, чтобы потребовать справедливости и вернуть то, что принадлежит мне по праву.
Так и передайте этим двум леди и скажите, что я заберу моего мальчика, – ответил милорд.
– Не пытайтесь меня одурачить, лорд Блэкаддер.
К чему это притворство? Вы прекрасно знаете, что его здесь нет.
– Я не собираюсь препираться с вами.
Эй, Тайлер, Фальфани, заходите туда оба и найдите ребенка.
Да уберите с дороги этого мерзавца! – взревел он в припадке ярости.
Не в силах оставаться в стороне, я призвала на помощь работников гостиницы и вместе с ними бросилась в переднюю, чтобы помешать бесчинству.
Потасовка уже началась.
Двое нападавших, подстрекаемые Ральфом Блэкаддером, кинулись к Бэзилу, который стоял спиной к стене, широко расставив ноги, готовый ударить первого, кто прикоснется к нему.
– Вперед!
Покажите ему!
Вышвырните его! – захлебывался криком Ральф.
Но вдруг граф осекся и покачнулся, руки его взлетели в воздух, силы покинули дряблое тело, и он повалился на пол, как подкошенный.
Когда его подняли, на его губах алела кровь, смешанная с пеной. Он два-три раза тяжело, с хрипом, вздохнул, а потом прямо на руках у своих помощников умер.
Позже врачи сказали нам, что у него случился апоплексический удар, вызванный продолжительным нервным раздражением мозга.
Никто не ожидал такого внезапного и драматического denouement, столь жуткого окончания этой истории, но и после этого страшная неопределенность осталась.
Что случилось с моей сестрой и маленьким Ральфом?
Пока работники гостиницы занимались умершим, Бэзил засыпал сыщиков вопросами.
Он призывал их рассказать все, что им известно; уверял, что им это зачтется; упирал на то, что быть верным своему покойному работодателю им больше не нужно.
Где и как лорд Блэкаддер встретил Генриетту?
Что он с ней сделал?
Где она теперь?
Но мы ничего не смогли узнать от этих людей, они отказывались отвечать на наши вопросы. Из обычного ослиного упрямства, решили мы поначалу, но потом увидели, что они попросту не понимают, чего мы от них хотим.
Они уверяли нас, что не видели никакой леди и что несчастный пэр никого не задерживал и даже не встречал во время поездки из одной гостиницы в другую.
Из виллы «Шериф» он примчался в «Атлас», нигде не останавливаясь и ни с кем не разговаривая по дороге.
Если за исчезновением Генриетты стоял не лорд Блэкаддер, что же с ней случилось?
Танжер – не самое безопасное место на земле, но кто осмелился бы среди бела дня подойти к англичанке в сопровождении горничной и проводника мавра?
Охваченный тревогой Бэзил велел подать лошадь и уже хотел скакать организовывать поиски, когда в гостиницу вошла сама Генриетта.
– Обо мне волнуетесь? – спросила она с беззаботной, почти детской веселостью. – Я ужасно опоздала, но со мной такое случилось!..
Что это вы такие серьезные?
Не из-за меня, надеюсь?
Я отвела ее в сторонку и в двух словах описала ужасные события последних нескольких минут. Какое-то время она потрясенно молчала.
– Конечно, ужасно, что произошло такое, но, если честно, жалею я только об одном… Что теперь он никогда не узнает.
– Не узнает чего, Генриетта?
Ты с ума сошла?
– Не узнает того, что мне стал известен план, жертвой которого я стала.
Милая, я нашла Сьюзен Бруэл, и она во всем призналась.
Их подкупили, чтобы они уехали, и они все это время прятались здесь, в Танжере.
– Продолжай, продолжай.
Пожалуйста, расскажи все, что знаешь.
– Мы втроем поехали кататься на осликах, и мне вдруг вздумалось осмотреть узкие темные улочки, где дома чуть ли не сходятся над головой и неба почти не видно.
Потом там стало так душно, что я начала задыхаться и очень испугалась.
В конце концов я попросила Ахмета вывести меня оттуда на открытое место.
Миновав два-три резких поворота, мы очутились на плато или террасе, высоко поднятой над морем.
Там стояла небольшая гостиница, а над ее дверью было указано имя хозяина: «Доменико Бруэл»! Можешь поверить?
Так звали мужа Сьюзен, и я решила, что она тоже должна быть где-то там.
Правда, поначалу я растерялась, не знала, как поступить.