— Вы прелесть!
Через несколько минут, закутавшись в малиновое манто, она с пылающими от волнения щеками сбежала по одной из боковых лестниц, спеша осуществить свою затею.
На площадке жарко спорила какая-то парочка: официант с безвольным подбородком и весьма ярко накрашенная молодая особа. Эдит шагнула мимо них, отворила дверь и окунулась в теплую майскую ночь.
Глава 7
Накрашенная молодая особа проводила Эдит быстрым недружелюбным взглядом, затем снова повернулась к официанту и возобновила пререкания.
— Ступайте-ка лучше наверх и скажите ему, что я здесь, — решительно заявила она. — А не то я пройду сама.
— Никуда вы не пройдете, — сурово сказал Джордж.
Девица иронически усмехнулась.
— Ах, не пройду, вот как?
Да у меня тут куча знакомых среди этих студентов, если хотите знать, и каждый из них рад будет пригласить меня на бал.
— Может, и так, да…
— Может, и так! — перебила она его.
— Конечно, вот такие, как эта, — еще неизвестно, куда это она побежала, — могут тут приходить и уходить, сколько им вздумается, а когда я хочу повидать приятеля, ко мне высылают какого-то задрипанного официанта!
— Послушайте, — возмущенно сказал Кэй-старший.
— Я не хочу потерять из-за вас место.
Может, этот парень, о котором вы толкуете, совсем не желает вас видеть.
— О, не беспокойтесь, желает!
— Ну ладно, все равно — разве найдешь его в этой толкучке?
— А вы только спросите Гордона Стеррета, и вам его сразу покажут, — сказала она уверенно.
— Они все там друг друга знают.
Она достала из сумочки долларовую бумажку и протянула ее Джорджу.
— Вот, — сказала она. — Вот вам на чай.
Разыщите его и передайте то, что я велела.
Если через пять минут он не появится здесь, я сама подымусь наверх — так и передайте.
Джордж с сомнением покачал головой, подумал, явно испытывая мучительные колебания, и наконец удалился.
Гордон Стеррет спустился по лестнице раньше отведенного ему срока.
Он был еще сильнее пьян, чем в начале бала, но уже по-другому.
Пары алкоголя словно затвердели на нем, как каркас.
Он шатался и с трудом передвигал ноги, речь его была почти бессвязна.
— Привет, Джул, — сказал он хрипло.
— Видишь, как я быстро пришел.
А денег не достал, как ни старался.
— Дело не в деньгах, — оборвала она его. — Ты уже десять дней глаз не кажешь.
В чем дело?
Он медленно покачал головой.
— Мне было очень плохо, Джул.
Болен был.
— Почему же ты не дал мне знать, если был болен?
Мне не так уж нужны твои деньги.
Я бы вообще не заговорила о них, если бы ты не начал бегать от меня.
Он снова покачал головой.
— Я не бегал от тебя.
Вовсе нет.
— Нет?
Ты глаз не казал три недели. Если и приходил, так пьяный в доску.
— Я хворал, Джул, — повторил он, с трудом поднимая на нее глаза.
— Развлекаться здесь со своими светскими приятелями — на это ты не болен?
Ты сказал, что мы пообедаем сегодня вместе, и обещал достать денег, а сам не потрудился даже позвонить.
— Я не мог достать денег.
— Я, кажется, сказала уже, что не в деньгах дело.