Наступила небольшая пауза, во время которой вновь прибывшие были незаметно для себя подвергнуты пристальному изучению со стороны старшего официанта.
Затем прибыло шампанское, и при виде его мистер Вход и мистер Выход сразу воспряли духом.
— Подумать только, что они не хотели подать нам шампанского к завтраку! Подумать только!
Некоторое время они пытались разобраться в этом чудовищном безобразии, но оказалось, что это им не под силу.
Невозможно было представить, что кто-то может возражать против того, чтобы кому-то подали шампанское к завтраку!
Официант откупорил бутылку, пробка громко хлопнула, и в бокалах запенился бледно-золотистый напиток.
— Ваше здоровье, мистер Вход!
— Ваше здоровье, мистер Выход!
Официант удалился. Время текло. Шампанское в бутылке убывало.
— И все-таки это… это сногсшибательно, — неожиданно изрек Дин.
— Что сногсшибательно?
— А то, что они не хотели подать нам шампанское к завтраку.
— Сногсшибательно?
— Питер задумался. — Да, именно так — сногсшибательно.
Снова ими овладел неудержимый приступ смеха, и они раскачивались на стульях взад и вперед, охая и повторяя: «Сногсшибательно! Сногсшибательно!» — и при каждом новом повторении слово это вызывало у них все больший восторг.
Нахохотавшись всласть, решили потребовать еще бутылку шампанского.
Недоверчивый официант отправился держать совет со своим непосредственным начальством, и этот чрезмерно осторожный субъект заявил коротко и ясно, что шампанского им больше не подадут.
Зато им был подан счет.
Через пять минут они под руку покинули ресторан «Коммодор» и, провожаемые удивленными и любопытными взглядами прохожих, зашагали по Сорок второй улице и дальше — по Вандербильд-авеню, к отелю «Билтмор».
Там они проявили неожиданную хитрость и не ударили в грязь лицом: держась неестественно прямо, они скорым шагом прошли через вестибюль.
В ресторане все повторилось снова.
Между спазматическими взрывами хохота приятели толковали о политике, о студенческих делах и о том, какие они оба славные парни.
Случайный взгляд, брошенный на часы, открыл им, что время близится к девяти, и тут в их мозгу смутно оформилась новая идея: а ведь это была незабываемая ночь, важнейшая веха в жизни каждого!
Они не спеша распили вторую бутылку.
Стоило одному произнести слово «сногсшибательно», как обоих начинало корчить от хохота.
Зал вертелся и плыл у них перед глазами, и, вдыхая тяжелый, спертый воздух, они ощущали в нем какую-то странную легкость.
Они уплатили по счету и покинули ресторан.
В эту минуту дверь в подъезде повернулась (быть может, в сотый раз за это утро), и в вестибюль вступила красивая молодая девушка, очень бледная, с темными кругами под глазами.
На ней было сильно помятое бальное платье, и ее сопровождал тучный полицейский, что выглядело несколько неожиданно.
У подножия лестницы эта пара столкнулась лицом к лицу с мистером Входом и мистером Выходом.
— Эдит!.. — начал мистер Вход восторженно, бросаясь к девушке и пытаясь отвесить ей низкий поклон. — Дорогая моя, доброе утро…
Тучный полицейский вопросительно поглядел на девушку, как бы спрашивая ее разрешения убрать этого молодого человека с дороги.
— Прошу прощенья, — немного подумав, прибавил Питер.
— Доброе утро, Эдит.
Схватив Дина за локоть, он подтолкнул его вперед.
— Познакомьтесь с мистером Выходом, Эдит. Это мой лучший друг.
Мистер Вход и мистер Выход. Неразлучны.
Мистер Выход шагнул вперед и поклонился. Правду сказать, он шагнул так стремительно и поклонился так низко, что покачнулся и едва не упал, но кое-как удержался на ногах, слегка опершись о плечо Эдит.
— Я — мистер Выход, Эдит, — сообщил он радостно, но невнятно. — Мы — Мистервход и Мистервыход.
— Миссвходмиссвыход… — горделиво подтвердил Питер.
Но Эдит смотрела мимо них, куда-то вверх, на галерею, опоясывающую вестибюль.
Она чуть кивнула тучному полицейскому, и тот быстрым, решительным движением раздвинул в стороны мистера Входа и мистера Выхода.
В образовавшийся проход шагнула Эдит — за ней ее провожатый.
Однако, сделав еще несколько шагов, Эдит снова остановилась. Остановилась и показала на коренастого, темноволосого солдата, который с недоумением и ужасом глазел на всех находившихся в вестибюле и особенно на мистера Входа и мистера Выхода.
— Вон он! — вскричала Эдит.
— Смотрите.
Голос ее прозвучал очень громко, даже пронзительно.
Вытянутый вперед указательный палец слегка дрожал.
— Этот солдат сломал ногу моему брату!
Раздалось сразу несколько возгласов. Какой-то человек в визитке вскочил и стремительно вышел из-за конторки. Тучный полицейский как тигр прыгнул к маленькому темноволосому солдату. И тут все, кто был в вестибюле, окружили эту небольшую группу и заслонили ее от мистера Входа и мистера Выхода.