Поскольку с двумя одновременно трудно справиться, она (в порядке требования) попросила меня позаботиться об одном из них, а именно, о мистере Фредерике К.
Стэнтроупе.
Пэтти вздохнула. – Я вижу в будущем целую серию продолжений.
Это хуже, чем «Книги Элси»!
VII.
Вдогонку за древнеанглийским
– Привет, Пэтти!
Ты ознакомилась утром с доской объявлений? – Кэти Фэйр окликнула Пэтти, нагнав ее на обратной дороге после третьечасовой обзорной лекции.
– Нет, – сказала Пэтти. – Я считаю это плохой привычкой.
Там можно увидеть слишком много неприятных вещей.
– Да уж, сегодня определенно есть одна неприятная вещь.
Мисс Скеллинг желает, чтобы мы сегодня принесли письменные принадлежности на урок древнеанглийского.
Пэтти остановилась и охнула. – По-моему, совершенно отвратительно устраивать экзамен без всякого предупреждения.
– Не экзамен, а «всего лишь небольшой тест, чтобы проверить ваши знания», – процитировала Кэти.
– Я ничего не знаю, – взвыла Пэтти, – ну просто ничегошеньки.
– Глупости, Пэтти, ты знаешь больше, чем кто-либо другой в группе.
– Блеф… это чистой воды блеф.
Я решительно подключаюсь к литературному анализу и дискуссиям общего характера, а она не осознает, что я не знаю ни слова из грамматики.
– У тебя есть два часа.
Ты можешь прогулять занятия и повторить предмет.
– Два часа! – с грустью сказала Пэтти. – Мне понадобится два дня.
Говорю тебе, я никогда это не учила.
Ни один смертный не в состоянии удержать в памяти англо-саксонскую грамматику, и я подумала, что могу пока отложить ее, а перед экзаменом выучить.
– Не хочу показаться черствой, дорогуша, – рассмеялась Кэти, – но скажу, что так тебе и надо.
– О, еще бы, – сказала Пэтти. – Ты не лучше Присциллы. – И она подавленно потащилась домой.
Она обнаружила, что ее подруги повторяют биологию и едят маслины. – Будешь? – спросила Люсиль Картер, которая пользовалась шляпной булавкой в качестве вилки и в данную минуту распоряжалась бутылью.
– Нет, спасибо, – ответила Пэтти тоном человека, который прожил жизнь и жаждет смерти.
– В чем дело? – поинтересовалась Присцилла. – Ты же не хочешь сказать, что эта женщина дала тебе очередную специальную тему?
– Намного хуже! – И Пэтти поведала о своей трагедии.
За этим последовало сочувственное молчание; они понимали, что, возможно, хотя она и не вполне заслуживает участия, тем не менее, ее неизбежная судьба может застать врасплох каждого.
– Ты знаешь, Прис, – печально молвила Пэтти, – что я просто не смогу сдать тест.
– Согласна, – сказала Присцилла успокаивающе, – не думаю, что ты его сдашь.
– Я провалюсь с треском– с полным треском.
Мисс Скеллинг больше никогда не будет доверять мне и весь остаток семестра заставит отвечать все темы по грамматике.
– Я считаю, что тебе нужно прогулять занятие, – позволила себе заметить Джорджи, предложив, по ее мнению, самый очевидный способ избежать экзамена.
– Я не могу.
За пять минут до обрушившегося на меня удара я встретила в холле мисс Скеллинг, так что она знает, что я жива и в состоянии прийти; кроме того, группа снова соберется завтра утром, и мне придется всю ночь зубрить или пропустить и этот урок.
– А, может, тебе пойти к мисс Скеллинг, откровенно объяснить ситуацию, – предложила добродетельная Люсиль, – и попросить ее отпустить тебя на денек-другой?
Она бы тебя еще больше зауважала за этот поступок.
– Только послушайте, что говорит это простодушное дитя! – воскликнула Пэтти. – И что я могу объяснить, позволь узнать?
Едва ли я скажу ей, что предпочитаю не учить уроков, когда она их задает, но считаю, что легче вызубрить их одним махом прямо перед экзаменами.
Это уж точно позволит мне втереться к ней в доверие!
– Ты сама в этом виновата, – сказала Присцилла.
Пэтти проворчала: – Я ждала, когда ты это скажешь!
Ты всегда так делаешь.
– Потому что я всегда права.
Куда ты идешь? – Последовал вопрос, поскольку Пэтти направилась к двери.
– Я иду, – отвечала Пэтти, – попросить миссис Ричардс назначить мне новую соседку по комнате, которая будет понимать и ценить меня, а также станет сочувствовать моим несчастьям.
Пэтти в мрачном настроении шла по коридору, углубившись в размышления.
Ее путь проходил мимо двери врачебного кабинета, гостеприимно распахнутой.