— Есть много мест, — сказал Эль Сордо.
— Много мест.
Ты знаешь Гредос?
— Там слишком много народу.
Вот увидишь, скоро за все эти места примутся, дай только срок.
— Да.
Но это обширный край и очень дикий.
— Трудно будет добраться туда, — сказала Пилар.
— Все трудно, — сказал Эль Сордо.
— Добираться одинаково, что до Гредоса, что до другого места.
Надо идти ночью.
Здесь теперь очень опасно.
Чудо, что мы до сих пор здесь продержались.
В Гредосе спокойнее.
— Знаешь, куда бы я хотела? — сказала Пилар.
— Куда?
В Парамеру?
Туда не годится.
— Нет, — сказала Пилар.
— Я не хочу в Сьерра-Парамеру.
Я хочу туда, где Республика.
— Это можно.
— Твои люди пойдут?
— Да.
Если я скажу.
— А мои — не знаю, — сказала Пилар.
— Пабло не захочет, хотя там он мог бы себя чувствовать в безопасности.
Служить ему не надо, года вышли, разве что будут призывать из запаса.
Цыган ни за что не пойдет.
Не знаю, как другие.
— Здесь уже так давно тихо, что они забыли про опасность, — сказал Эль Сордо.
— Сегодняшние самолеты им напомнили, — сказал Роберт Джордан.
— Но, по-моему, даже удобнее действовать из Гредоса.
— Что? — спросил Эль Сордо и посмотрел на него совсем уже тусклыми глазами.
Вопрос прозвучал не слишком дружелюбно.
— Оттуда вам было бы удобнее делать вылазки, — сказал Роберт Джордан.
— Вот как! — сказал Эль Сордо.
— Ты знаешь Гредос?
— Да.
Там можно действовать на железнодорожной магистрали.
Можно разрушать пути, как мы делаем южнее, в Эстремадуре.
Это лучше, чем вернуться на территорию Республики, — сказал Роберт Джордан.
— Там от вас больше пользы.
Слушая его, Глухой и женщина все больше мрачнели. Когда он кончил, они переглянулись.
— Так ты знаешь Гредос? — спросил Эль Сордо.
— Верно?
— Ну да, — сказал Роберт Джордан.
— И куда бы ты направился?
— За Барко-де-Авила.
Там лучше, чем здесь.