В чем дело? — повернулся он к Пилар.
— Что это у вас — собрание?
А разве часовых не выставили?
— В такую метель? Que va!
За столом, прислонясь к стене, сидели шестеро мужчин.
Ансельмо и Фернандо все еще стряхивали снег с курток и штанов и постукивали ногами о стену у входа в пещеру.
— Сними куртку, — сказала Мария.
— А то снег растает, и она намокнет.
Роберт Джордан стащил с себя куртку, стряхнул снег с брюк и развязал шнурки своих альпаргат.
— Намочишь тут все кругом, — сказала Пилар.
— Ты же сама меня позвала.
— Ну и что же? Вернись ко входу и стряхни снег там.
— Прошу прощения, — сказал Роберт Джордан, становясь босыми ногами на земляной пол.
— Разыщи-ка мне носки, Мария.
— Господин и повелитель, — сказала Пилар и сунула полено в огонь.
— Hay que aprovechar el tiempo, — ответил ей Роберт Джордан.
— Надо пользоваться тем временем, которое еще есть.
— Тут заперто, — сказала Мария.
— Возьми ключ. — И он бросил ключ Марии.
— К этому замку не подходит.
— Не в этом мешке, в другом.
Они там наверху, сбоку.
Девушка вынула носки, затянула завязки у рюкзака, заперла замок и подала Роберту Джордану носки вместе с ключом.
— Садись, надень носки и разотри ноги как следует, — сказала она.
Роберт Джордан усмехнулся, глядя на нее.
— Может, ты мне их волосами осушишь? — спросил он специально для Пилар.
— Вот свинья, — сказала Пилар.
— Сначала корчил из себя властелина, теперь на место самого бывшего господа бога метит.
Стукни его поленом, Мария.
— Не надо, — сказал ей Роберт Джордан.
— Я шучу, потому что я доволен.
— Ты доволен?
— Да, — сказал он.
— По-моему, все идет прекрасно.
— Роберто, — сказала Мария.
— Садись вот сюда, посуши ноги, а я дам тебе чего-нибудь выпить, чтобы ты согрелся.
— Можно подумать, что до него никому не случалось промочить ноги, — сказала Пилар.
— Что с неба ни разу ни одной снежинки не упало.
Мария принесла овчину и бросила ее на земляной пол.
— Вот, — сказала она.
— Подложи себе под ноги, пока сандалии не просохнут.
Овчина была недавно высушенная и недубленая, и когда Роберт Джордан стал на нее, она захрустела, как пергамент.
Очаг дымил, и Пилар крикнула Марии:
— Раздуй огонь, дрянная девчонка.
Что тут, коптильня, что ли?
— Сама раздуй, — сказала Мария.
— Я ищу бутылку, которую принес Эль Сордо.
— Вон она, за мешками, — сказала Пилар.
— Что ты с ним нянчишься, как с грудным младенцем?
— Вовсе нет, — сказала Мария.