Почем я знаю, зачем проводится это наступление?
Может быть, это всего-навсего маневр.
Может быть, они хотят отвлечь войска противника с других позиций.
Или отвлечь самолеты с севера.
Может быть, все дело в этом.
И на успех никто не рассчитывает.
Почем я знаю?
Вот мое донесение Гольцу.
Я взрываю мост, когда наступление начнется, не раньше.
Приказ ясен, и если наступление отменят, я ничего не буду взрывать.
Но у меня должен быть тот минимум людей, который необходим, чтобы выполнить данный мне приказ.
— Ты что говоришь? — спросил он Пабло.
— Что я во всем уверен, Ingles.
— Пабло все еще обращался к миске с вином.
Эх, если бы и я мог сказать то же самое, подумал Роберт Джордан.
Он продолжал писать.
30
Итак, все, что он хотел сделать за вечер, уже сделано.
Распоряжения отданы.
Каждый знает совершенно точно, что ему надо делать утром.
Андрес ушел три часа тому назад.
Это будет, как только забрезжит день, или этого совсем не будет.
Я уверен, что будет, сказал самому себе Роберт Джордан, возвращаясь с верхнего поста, куда он ходил поговорить с Примитиво.
Наступлением руководит Гольц, но отменить его он не может.
Разрешение на это должно быть получено из Мадрида.
Но вряд ли там удастся разбудить нужных людей, и если даже удастся, то они ничего не разберут со сна.
Надо было мне раньше известить Гольца о том, что наше наступление готовятся отразить, но как я мог писать об этом, пока еще ничего определенного не было?
Ведь они двинули эти штуки только под вечер, в темноте.
Они не хотели, чтобы передвижения по дороге были замечены с самолетов.
Ну, а их самолеты?
Те фашистские самолеты, которые пролетали здесь?
Наши, наверно, учли это.
Но, может быть, фашисты делают вид, что собираются наступать в Гвадалахаре?
По слухам, в Сории и под Сигуэнсой сосредоточены итальянские войска, это не считая тех, которые действуют на севере.
Хотя вряд ли у них хватит людей и боеприпасов на два наступления одновременно.
Это невозможно; значит, это просто-напросто блеф.
Но мы знаем, какое количество войск Италия высадила в Кадиксе за два последних месяца.
Не исключена такая возможность, что они снова сделают попытку в Гвадалахаре, не такую бессмысленную, как в первый раз, и проведут наступление тремя кулаками, охватив большую территорию вдоль железнодорожной линии в западной части плато.
Это вполне реально.
Ганс показывал ему, как это можно сделать.
На первых порах они допустили много ошибок.
Вся их стратегия была порочна.
В Аргандском наступлении, стремясь перерезать железную дорогу Мадрид — Валенсия, они не использовали тех войск, которые были на Гвадалахарском фронте.
Почему же тогда они не начали обе операции одновременно?
Почему, почему?
Когда мы будем знать, почему?
А ведь мы в обоих случаях задержали их одними и теми же войсками.
Нам никогда бы не удалось задержать их, если б они сразу начали обе операции.
Нечего тревожиться, сказал он самому себе.
Вспомни, ведь бывали же чудеса раньше.