Теперь вот еще эту сторону — и все.
Камня на камне не останется.
Ладно, ладно.
Не увлекайся.
Делай свое дело.
Быстро и чисто, как и там.
Не возись сверх меры.
Но и не торопись.
Не старайся сделать все быстрее, чем можно.
Сейчас уже дело верное.
Одну сторону тебе, во всяком случае, никто не помешает взорвать.
И все идет именно так, как надо.
А холодно здесь, под мостом.
Фу, черт, холодно, как в винном погребе, зато хоть дерьма нет.
Обычно, когда работаешь под каменным мостом, бывает полно дерьма.
Это сказочный мост.
Хороши сказки!
Старику там, наверху, хуже, чем мне.
Не старайся сделать все быстрей, чем можно.
«Еще клиньев, viejo».
Не нравится мне, что там еще стреляют.
Что-то там у Пилар неладно.
Наверно, кто-нибудь из постовых оказался снаружи.
На дороге или за лесопилкой.
Все еще стреляют.
Значит, там еще остался кто-то.
И потом, эти проклятые опилки.
Эти огромные кучи опилок.
Опилки, когда они слежатся и утрамбуются, очень хорошее прикрытие во время боя.
Да, там, наверно, еще несколько человек осталось.
А внизу, у Пабло, тихо.
Что же это все-таки было, эта вторая вспышка?
Вероятно, машина или мотоцикл.
Только бы не подошли сейчас броневики или танки.
Давай, давай.
Закладывай заряды как можно быстрей, и забивай клинья, и привязывай покрепче.
Трясешься, точно дура-баба какая-то.
Пари держу, та дура-баба там, наверху, вовсе не трясется.
Та, Пилар.
А может быть, и она тоже.
Судя по этой стрельбе, ей сейчас нелегко приходится.
Тоже затрясется, когда станет невмочь.
Как и все.
Он высунулся на солнце, и когда он протянул руку за пачкой, которую ему передавал Ансельмо, и шум несущейся воды стал не таким гулким, выстрелы на верхнем посту захлопали гораздо чаще и потом послышались удары гранат.
Потом еще удары гранат.
— Значит, они атаковали пост на лесопилке.
Хорошо, что у меня динамит в брусках, подумал он.
А не в палочках.
Какого черта.
Просто удобнее.