Это очень важно.
Ты должен сделать все очень осторожно и постараться, чтоб тебя не заметили.
— Еще бы мне не стараться, — сказал цыган.
— Зачем ты мне это говоришь, чтоб я старался?
Думаешь, мне жизнь надоела?
— Будь хоть немножко посерьезнее, — сказал Роберт Джордан.
— Это ведь серьезное дело.
— Ты меня просишь быть посерьезнее?
После того как ты себя показал этой ночью?
Ты должен был убить человека, а ты чем занялся?
Вместо того чтобы сделать одним человеком меньше, ты решил сделать одним больше.
И это когда мы видели столько самолетов, что им ничего не стоит перебить нас всех с дедами и прадедами и нерожденными внучатами на сто лет вперед, а заодно и всех коз, кошек и клопов.
Полное небо самолетов, и они ревут так, что от их рева у твоей матери молоко бы в грудях свернулось, — а ты меня просишь быть посерьезнее?
Я даже слишком серьезен.
— Ну ладно, — сказал Роберт Джордан и, засмеявшись, положил цыгану руку на плечо. — Слишком серьезным тоже быть не надо.
Иди кончай свой завтрак и отправляйся.
— А ты? — спросил цыган.
— Что ты будешь делать?
— Я пойду к Глухому.
— После этих самолетов ты тут во всей округе живой души не встретишь, — сказал цыган.
— Многих, должно быть, в пот бросило, когда они пролетали.
— У них есть дела поважнее, чем выслеживать партизан.
— Так-то так, — сказал цыган.
Потом покачал головой.
— А если они и этим не погнушаются?
— Que va, — сказал Роберт Джордан.
— Это лучшие немецкие легкие бомбардировщики.
Такие за цыганами не охотятся.
— У меня от них мурашки по телу, — сказал Рафаэль.
— Да, да, я этих штук боюсь.
— Они полетели бомбить аэродром, — ответил ему Роберт Джордан, вместе с ним входя в пещеру.
— Я уверен, что они за этим полетели.
— Ты что там говоришь? — спросила жена Пабло.
Она налила Роберту Джордану кружку кофе и протянула банку сгущенного молока.
— Даже молоко!
Чего только у вас нет!
— У нас всего много, — сказала она.
— А особенно страху после этих самолетов.
Как ты сказал, куда они полетели?
Роберт Джордан нацедил себе в кружку молока из щели, прорезанной в банке, обтер банку о край кружки и стал помешивать кофе, пока он не принял светло-коричневый оттенок.
— Я думаю, что они полетели бомбить аэродром.
А может быть, и туда и сюда.
— Пусть бы летели подальше и сюда не возвращались, — сказал Пабло.
— А почему они залетели сюда? — спросила женщина.
— Откуда они взялись?
Мы никогда не видели таких самолетов.
И так много.
Может быть, это подготовка к наступлению?
— Какие передвижения были вчера на дороге? — спросил Роберт Джордан.
Девушка Мария была рядом, но он не смотрел на нее.