– Хоть ты это заметил.
Мне в тебе это нравится.
Не приходится все время притворяться.
И ты чистый.
Ты не жирный.
Фрэнк, можешь ты вообще представить, что это значит?
Не жирный.
– Думаю, я тебя понимаю.
– Сомневаюсь.
Ни один мужчина не может понять, что это значит для женщины.
Все время иметь дело с человеком, который вечно лоснится от жира и от которого тебя тошнит, когда он к тебе прикасается.
Я не кошка и не голубка, Фрэнк.
Я просто больше не могу.
– Что ты меня убеждаешь?
Что я, не понимаю?
– Ну ладно.
Пусть я кошка.
Но не думаю, что я так уж плоха.
С парнем, который не блестит от жира.
– Кора, а что если нам собраться и уехать?
– Я думала об этом.
Я много об этом думала.
– Пошлем грека к черту и смоемся.
Просто смоемся.
– Куда?
– Куда угодно.
Мне все равно.
– Куда угодно...
Куда угодно...
И куда же?
– Куда только захотим.
– Нет, не пойдет.
Это значит назад, в кафетерий.
– Я говорю не о кафетерии.
Я говорю о великих странствиях.
Это потрясающе здорово, Кора.
И никто не знает этого лучше, чем я.
Я знаю все штучки и фокусы, которые для этого нужны.
И умею ими пользоваться.
Разве не этого мы хотим?
Странствовать с места на место, это у нас в крови.
– Ты был просто бродягой.
У тебя не было даже носков.
– Но я тебе понравился.
– Я в тебя сразу влюбилась.
Я влюбилась бы в тебя и без одежды, не то что без носков.
Ты мне больше всего нравишься раздетым, когда я ощущаю твои прекрасные крепкие плечи.
– Да, уж мне было от чего накачать мышцы.
– Ты весь крепкий.
Могучий, высокий и крепкий.