-- Гарри, Гарри, вы ради красного словца готовы кого угодно принести в жертву!
-- Люди сами восходят на алтарь, чтобы принести себя в жертву.
-- Ах, если бы я мог кого-нибудь полюбить! -- воскликнул Дориан с ноткой пафоса в голосе.-- Но я, кажется, утратил эту способность и разучился желать.
Я всегда был слишком занят собой -- и вот стал уже в тягость самому себе.
Мне хочется бежать от всего, уйти, забыть!..
Глупо было ехать сюда.
Я, пожалуй, телеграфирую Харви, чтобы яхта была наготове.
На яхте чувствуешь себя в безопасности.
-- В безопасности от чего, Дориан?
С вами случилась какаянибудь беда?
Почему же вы молчите?
Вы знаете, что я всегда готов помочь вам.
-- Я не могу вам ничего рассказать, Гарри, -- ответил Дориан уныло.-- И, наверное, все -- просто моя фантазия.
Это несчастье меня расстроило, я предчувствую, что и со мной случится чтонибудь в таком роде.
-- Какой вздор!
-- Надеюсь, вы правы, но ничего не могу с собой поделать.
Ага, вот и герцогиня! Настоящая Артемида в английском костюме.
Как видите, мы вернулись, герцогиня.
-- Я уже все знаю, мистер Грей, -- сказала герцогиня.-- Бедный Джеффри ужасно огорчен.
И, говорят, вы просили его не стрелять в зайца.
Какое странное совпадение!
-- Да, очень странное.
Не знаю даже, что меня побудило сказать это.
Простая прихоть, вероятно.
Заяц был так мил...
Однако очень жаль, что они вам рассказали про это.
Ужасная история...
-- Досадная история, -- поправил его лорд Генри.-- И психологически ничуть не любопытная.
Вот если бы Джеффри убил его нарочно, -- как это было бы интересно!
Хотел бы я познакомиться с настоящим убийцей!
-- Гарри, вы невозможный человек! -- воскликнула герцогиня.-- Не правда ли, мистер Грей?..
Ох, Гарри, мистеру Грею, кажется, опять дурно!
Он сейчас упадет!
Дориан с трудом овладел собой и улыбнулся.
-- Это пустяки, не беспокойтесь, герцогиня. Нервы у меня сильно расстроены, вот и все.
Пожалуй, я слишком много ходил сегодня...
Что такое Гарри опять изрек?
Что-нибудь очень циничное?
Вы мне потом расскажете.
А сейчас вы меня извините -- мне, пожалуй, лучше пойти прилечь.
Они дошли до широкой лестницы, которая вела из оранжерея на террасу.
Когда стеклянная дверь закрылась за Дорианом, лорд Генри повернулся к герцогине и посмотрел на нее в упор своими томными глазами.
-- Вы сильно в него влюблены? -- спросил он.
Герцогиня некоторое время молчала, глядя на расстилавшуюся перед ними картину.
-- Хотела бы я сама это знать, -- сказала она наконец.
Лорд Генри покачал головой.
-- Знание пагубно для любви.
Только неизвестность пленяет нас.
В тумане все кажется необыкновенным.
-- Но в тумане можно сбиться с пути.