Оскар Уайльд Во весь экран Портрет Дориана Грея (1890)

Приостановить аудио

Последнее действие шло почти при пустом зале.

Наконец занавес опустился под хихиканье и громкий ропот.

Как только окончился спектакль, Дориан Грей помчался за кулисы.

Сибила стояла одна в своей уборной. Лицо ее светилось торжеством, глаза ярко блестели, от нее словно исходило сияние.

Полуоткрытые губы улыбались какой-то одной ей ведомой тайне.

Когда вошел Дориан Грей, она посмотрела на него с невыразимой радостью и воскликнула:

-- Как скверно я сегодня играла, Дориан!

-- Ужасно! -- подтвердил он, глядя на нее в полном недоумении.-- Отвратительно!

Вы не больны?

Вы и представить себе не можете, как это было ужасно и как я страдал!

Девушка все улыбалась.

-- Дориан.-- Она произнесла его имя певуче и протяжно, упиваясь им, словно оно было слаще меда для алых лепестков ее губ.-- Дориан, как же вы не поняли?

Но сейчас вы уже понимаете, да?

-- Что тут понимать? -- спросил он с раздражением.

-- Да то, почему я так плохо играла сегодня...

И всегда буду плохо играть.

Никогда больше не смогу играть так, как прежде.

Дориан пожал плечами.

-- Вы, должно быть, заболели.

Вам не следовало играть, если вы нездоровы.

Ведь вы становитесь посмешищем.

Моим друзьям было нестерпимо скучно.

Да и мне тоже.

Сибила, казалось, не слушала его.

Она была в каком-то экстазе счастья, совершенно преобразившем ее.

-- Дориан, Дориан! -- воскликнула она.-- Пока я вас не знала, я жила только на сцене.

Мне казалось, что это -- моя настоящая жизнь.

Один вечер я была Розалиндой, другой -- Порцией.

Радость Беатриче была моей радостью, и страдания Корделии -- моими страданиями.

Я верила всему.

Те жалкие актеры, что играли со мной, казались мне божественными, размалеванные кулисы составляли мой мир.

Я жила среди призраков и считала их живыми людьми.

Но ты пришел, любимый, и освободил мою душу из плена.

Ты показал мне настоящую жизнь.

И сегодня у меня словно открылись глаза.

Я увидела всю мишурность, фальшь и нелепость той бутафории, которая меня окружает на сцене.

Сегодня вечером я впервые увидела, что Ромео стар, безобразен, накрашен, что лунный свет в саду не настоящий и сад этот -- не сад, а убогие декорации. И слова, которые я произносила, были не настоящие, не мои слова, не то, что мне хотелось бы говорить.

Благодаря тебе я узнала то, что выше искусства.

Я узнала любовь настоящую.

Искусство -- только ее бледное отражение.

О радость моя, мой Прекрасный Принц!

Мне надоело жить среди теней.

Ты мне дороже, чем все искусство мира.

Что мне эти марионетки, которые окружают меня на сцене?

Когда я сегодня пришла в театр, я просто удивилась: все сразу стало мне таким чужим!

Думала, что буду играть чудесно, -- а оказалось, что ничего у меня не выходит.

И вдруг я душой поняла, отчего это так, и мне стало радостно.

Я слышала в зале шиканье -- и только улыбалась.

Что они знают о такой любви, как наша?

Возьми меня отсюда, Дориан, уведи меня туда, где мы будем совсем одни.