Мозг питался своими запасами и работал усиленно, фантазия, изощренная страхом, корчилась и металась, как живое существо от сильной боли, плясала подобно уродливой марионетке на подмостках, скалила зубы изпод меняющейся маски.
Затем Время внезапно остановилось.
Да, это слепое медлительное существо уже перестало и ползти. И как только замерло Время, страшные мысли стремительно побежали вперед, вытащили жуткое будущее из его могилы и показали Дориану.
А он смотрел, смотрел во все глаза, окаменев от ужаса.
Наконец дверь отворилась, и вошел его слуга.
Дориан уставился на него мутными глазами.
-- Мистер Кэмпбел, сэр, -- доложил слуга.
Вздох облегчения сорвался с запекшихся губ Дориана, и кровь снова прилила к лицу.
-- Просите сейчас же, Фрэнсис!
Дориан уже приходил в себя.
Приступ малодушия миновал.
Слуга с поклоном вышел.
Через минуту появился Алан Кэмпбел, суровый и очень бледный. Бледность лица еще резче подчеркивали его черные как смоль волосы и темные брови.
-- Алан, спасибо вам, что пришли.
Вы очень добры.
-- Грей, я дал себе слово никогда больше не переступать порог вашего дома.
Но вы написали, что дело идет о жизни или смерти...
Алан говорил с расстановкой, холодным и жестким тоном.
В его пристальном, испытующем взгляде, обращенном на Дориана, сквозило презрение.
Руки он держал в карманах и как будто не заметил протянутой руки Дориана.
-- Да, Алан, дело идет о жизни или смерти -- и не одного человека.
Садитесь.
Кэмпбел сел у стола. Дориан -- напротив.
Глаза их встретились.
Во взгляде Дориана светилось глубокое сожаление: он понимал, как ужасно то, что он собирается сделать.
После напряженной паузы он наклонился через стол и сказал очень тихо, стараясь по лицу Кэмпбела угадать, какое впечатление производят его слова:
-- Алан, наверху, в запертой комнате, куда, кроме меня, никто не может войти, сидит у стола мертвец.
Он умер десять часов тому назад...
Сидите спокойно и не смотрите на меня так!
Кто этот человек, отчего и как он умер -- это вас не касается.
Вам только придется сделать вот что...
-- Замолчите, Грей!
Я ничего не хочу больше слышать.
Правду вы сказали или нет, -- мне это безразлично.
Я решительно отказываюсь иметь с вами дело.
Храните про себя свои отвратительные тайны, они меня больше не интересуют.
-- Алан, эту тайну вам придется узнать.
Мне вас очень жаль, но ничего не поделаешь.
Только вы можете меня спасти.
Я вынужден посвятить вас в это дело -- у меня нет иного выхода, Алан!
Вы человек ученый, специалист по химии и другим наукам.
Вы должны уничтожить то, что заперто наверху, -- так уничтожить, чтобы следа от него не осталось.
Никто не видел, как этот человек вошел в мой дом.
Сейчас все уверены, что он в Париже.
Несколько месяцев его отсутствие никого не будет удивлять.
А когда его хватятся, -- нужно, чтобы здесь не осталось и следа от него.
Вы, Алан, и только вы должны превратить его и все, что на нем, в горсточку пепла, которую можно развеять по ветру.
-- Вы с ума сошли, Дориан!
-- Ага, наконец-то вы назвали меня "Дориан"! Я этого только и ждал.
-- Повторяю -- вы сумасшедший, иначе не сделали бы мне этого страшного признания.