— Но при вашей восприимчивости к впечатлениям вы уже получили очень много.
— Очень много, очень много, — согласился он.
— Но все это несравнимо с вами.
Вот вы как раз и сделали бы меня неправым.
Честно, благородно, она не могла притворяться, будто ей это непонятно, но еще какое-то время она себе это позволила.
— Но почему вам так уж непременно нужно быть правым?
Он задумался. И остался верен себе. — Потому что вы первая, если вам угодно, хотели бы видеть меня таким.
Да я и не могу быть другим.
Ей ничего не оставалось, как принять это, пусть и с бессильным протестом.
— Не столько ваша правота, сколько ваша ужасающая проницательность делает вас таким, какой вы есть.
— Вы и сами немногим лучше.
Вы неспособны устоять, когда я вам на что-то указываю.
— Правда, — вздохнула она с комическим видом: трагизм был снят.
— Мне перед вами не устоять.
— Вот так-то, — сказал он.